Самолёт вновь тряхнуло, и мои пальцы сильнее сжались на подлокотнике. Смотреть в иллюминатор не было больше ни сил, ни желания. Прикрыв глаза, откинувшись головой на не самый удобный подголовник, я постаралась сосредоточиться на песне. Перед глазами медленно стали появляться кадры из клипа вперемешку с воспоминаниями о Корее.
Из салона самолёта я вышла взмокшая, как мышь, несмотря на то, что кондиционер работал исправно. Посадка оказалась куда сложнее чем взлёт, но, к счастью, без жертв, если не считать десятки моих нервных клеток. Ждать чемодан пришлось недолго, но уйти сразу в зону встречи пассажиров у меня не получилось. Мы ехали группой, и нужно дождаться каждого. Лишь после того, как все собрались рядом с Ариной Валерьевной, нашей кореисткой, мы смогли направиться к выходу.
В зоне ожидания всегда много народа. Кто-то искал глазами своих родителей: строчил сообщения, звонил им – а когда пересекался взглядом, тут же бросался в объятья, забыв о том, что для начала нужно сообщить об этом сопровождающему. Свою маму я увидела сразу. Столь шикарную женщину не заметить невозможно. Так считала не одна я, но и мужчины и женщины, не сводящие с неё глаз. Мама никогда не была высокой, но всегда носила каблуки. Она предпочитала яркие костюмы и платья, мешковатой одежде, что не всегда можно сказать обо мне. Но мама никогда не навязывала мне соё мнение. После ухода Сергея, подобное в нашей семье стало под запретом. Не смотря на жаркую погоду, приложение в телефоне показывало +28, мама не изменяла себе. Фиолетовые шорты, с широким ремнём, идеально сидели на её узких бёдрах, кто бы мог подумать, что при такой фигуре она родила меня. Белая хлопковая футболка, с V-образном вырезом, привлекала взгляды мужчин, на которых мама не обращала внимания. Босоножки на тонком каблуке, придавали её образу легкость и выделяли среди всех присутствующих, а белые очки, скрывающие голубые глаза, загадочности. Она выглядела безмятежно и уверенно. Заметив меня, она легко помахала мне пальцами, словно перебирала струны какого-то музыкального инструмента.
— Арина Валерьевна, за мной приехали, — указала я взглядом в сторону мамы, хотя это было не обязательно. — Спасибо вам большое за невероятное путешествие. Увидимся в новом учебном году.
— Хороших тебе каникул, Саш, — кинула легко учительница и переключила внимание на Олю, которая все ещё выискивала своих родителей.
— О, Боже! — воскликнула я, не доходя до мамы пары шагов, хватаясь за сердце. — Как вы прекрасны. Ваша красота просто ослепляет. Мне срочно. Срочно нужны очки.
Подхватив кейс с солнцезащитными очками из ручной клади, я тут же надела их, все ещё прикрывая тыльной стороной лицо, будто бы пыталась скрыться от солнца.
— Сашка, — засмеялась заливисто мама, тут же потрепав меня ладонью по окрашенным волосам. Красный был моим любимым цветом не только из-за его почитания в азиатской культуры, но и от того, что он просто шёл мне. — Пойдём быстрее, пока не образовалась пробка на выезде.
Взяв за ручку мой чемодан, мама направилась к выходу. Её походка всегда такая элегантная и плавная, как у какой-нибудь топ-модели. Сергей — настоящий идиот, что семь лет назад решил отказаться от мамы.
В машине прохладно и пахло хвоей несмотря на то, что на парковке она простояла не менее часа. Видимо, мама включила кондиционер дистанционно, как только мы направились на улицу.
— Ты голодная?
— Не особо, — пожала плечами я, сразу же пристёгиваясь. Мама давно научила, что безопасность — важнее всего.