— Да покажи ты.
Как же меня такое раздражало. Почему у женщин и девушек так всегда? Задаёшь им вопрос, они место прямого ответа начинают вилять, как усы гороха по земле. В чём сложность нормально ответить? Именно поэтому я и встречался с Соней. Ей вопрос задашь, она тебе нормально на него ответит.
— Дай! — не выдержал я, хватая Сашку за запястье с силой утягивая на себя.
— Ты мне ноготь сломал! — попыталась выдернуть руку сестра, но моя хватка была крепкой.
И вправду сломал. Видимо, когда дёрнул плечом, ногти запутались в ткани рукава. Четыре были целыми, а на указательном стала заметна трещина. Слегка нажав на него, чтобы посмотреть насколько всё критично, тут же пожалел об этом. Сашка болезненно зашипела и шибанула меня свободной ладонью в плечо. Такими темпами у меня там синяк останется.
— Больно же сказала.
— Тебе нужно обрезать его и обработать.
— Да и без тебя знаю, — раздражённо крутанула запястьем Саша, пытаясь выдернуть руку.
— Садись, я сейчас принесу аптечку, разберёмся.
— Да я сама.
Дослушивать её возражения у меня не было времени. Нужно разобраться со всем, пока на шум не пришёл отчим или ещё хуже мама. Распахнув дверь, я затянул Сашу в свою комнату, пихая к кровати.
Аптечка лежала на кухне, в третьем шкафу слева. Благо мама в этот момент была в душе, а то бы вопросов не обобрался.
— Ты что делаешь? — от неожиданности по спине прошёлся табун мурашек, и я вздрогнул, вовремя подхватив аптечную сумочку.
Ева заинтересованно склонила голову на бок, держа любимую игрушку Плюшу в левой руке. Отчим купил её ещё во время маминой беременности. Так Ева больше с плюшевой коровой и не расставалась. Такими темпами она даже в школу с ней пойдёт.
— Да на тренировку коленку разбил, нужно второй раз обработать.
Врать сестре не хотелось, но другого выхода не было.
— Давай я маму позову, она поможет, — захлопала длинными ресницами Ева.
— Не надо. Я сам. Ты чего не спишь? Время уже позднее.
— Пить хочу, а папа уже спит.
Поставив сумочку с аптечкой на стол, пришлось достать кружку и налить в неё воды. Сделав всего два маленьких глотка и радостно выдохнув, Ева подозвала меня рукой, будто бы хотела рассказать что-то очень тайное.
— Ты самый лучший брат, — чмокнув меня в щёку, она заливисто засмеялась и побежала в комнату родителей.
Иногда я завидовал Евиной детскости. Её жизнь была в разы лучше, чем моя в её возрасте, и я бы соврал, если бы сказал, что не завидовал. Первое время мне даже было обидно, что мама решила родить ещё одного ребёнка. Несмотря на то, что почти десять лет мы жили с ней вместе, мамы мне всегда не хватало. Она слишком много работала, чтобы дать нам возможность нормально жить. После появления отчима, внимание мамы пришлось делить на трое: между работой, им и мной. Когда она рассказала о своей беременности, я повёл себя отвратительно устроил истерику и убежал к Ярику, в то время он ещё жил с родителями в нашем районе. Остался у них недолго. Отчим пришёл в тот же вечер и сначала долго разговаривал с отцом Ярослава, а после со мной. Сейчас я уже и не вспомню, что именно он сказал, но почему-то мне стало спокойнее. После появления Евы моя злость вовсе пропала. Конечно, мама много уделяла ей внимания, но я понимал, что по-другому и быть не могло. Ева не могла ни есть, ни ходить, ни спать без неё. А когда первым её словом оказалось моё имя, я чуть не упал. Как стоял в коридоре, так и осел на пуфик.
— Долго ты, — недовольно бросила Саша, рассматривая фотографии на полке над моим столом.
— Тебе не говорили, что трогать чужие вещи — некрасиво?
Сев на край кровати, я расстегнул сумочку с аптечкой, начиная искать то, что может нам помочь.
— Я разве трогаю? — передёрнула игриво плечами она. — Просто смотрю.
Наглости у этой девчонки было не занимать.
— Значит, ты интересуешься футболом?
— Ты наблюдательная.
Вроде бы обычный вопрос, но почему-то от неё казалось, что он звучал с издёвкой.
— Я поняла это сразу же, после того как вспомнила, что ты выскочил маме под колёса.
— Я не выскакивал. Мы же это уже обсуждали, — тяжело выдохнул я, выкладывая на кровать бинты, перекись, пластыря и кусачки для ногтей. — Садись давай.
— С Ярославом вы с детства знакомы? — присев слева, спросила Саша, все ещё не открывая взгляда от фотографий.
— Да.
— А с Соней?
— С первого класса.
Взяв её ладонь в свою и вооружившись кусачкам, я пытался понять с какой стороны подступиться. Не хватало, чтобы она мне кровать кровью забрызгала или развопилась от боли. Пальцы её были длинными, но не тонкими. Я заметил это ещё в тот момент, когда её ногти сомкнулись на моей шее в первый вечер нашего знакомства. Не знаю, чем она ещё занималась, помимо танцев, но такие бы оценили на позиции вратаря. Цепкие, длинные и сильные. Она бы легко могла перехватывать ими мяч.