Объяснив очередную новую тему, учительница вновь дала нам проверочное задание. Сколько можно было? Мы только начали учиться, а тестов написали столько, что на всю жизнь хватит. Радовало лишь одно – остался последний год, а дальше университет. Не знаю, будет ли там меньше тестов и контрольных, но по крайней мере, изучать я буду то, что интересно конкретно мне. Да и на работу смогу устроиться, а там и до переезда недалеко.
— Это что? — голос Татьяны Юрьевны вновь раздался в конце класса.
Оторвавшись от самостоятельной, я не сразу понял, что происходит. Тёмная тень нависла над Сашиной партой. В руках учительница держала тетрадку, но не обычную. Скорее это даже был альбом. Толстый и с белыми листами, которые легко отрывались, под определённым уклоном.
— Это сетчбук. Верните, пожалуйста, его на место, — протянула раскрытую ладонь Саша.
— Вот нахалка какая, — женский голос тут же взмыл вверх. — Что он делает у тебя на парте во время урока?
— Лежит. Я рисую в нём.
Саша развела руки в сторону. Лицо её выражало искреннее непонимание. От этого на мгновение даже стало смешно.
— У тебя урок. Ты должна выполнять задания, которые тебе даются.
— Так я всё выполнила.
Лёгким движением пальцев, Саша подцепила выданный нам листок с заданием и завертела им в воздухе. Когда учительница попыталась забрать его, Анимешка отклонилась назад, заводя руку за спину.
— Если ты выполнила одно задание, сдай и возьми другое.
— Зачем? Мне и с одной оценкой хорошо. Я выполнила тест, у меня появилось свободное время. Я просто использовала его с пользой. Не понимаю, что не так? Я не шумела, не отвлекала вас.
— Она ещё спрашивает, — взвилась, как пламя Татьяна Юрьевна. — Отдам только родителям.
— Вы не имеете права забирать мои вещи, — спокойно и жестко парировала Саша.
— Вот хамка, а?! — Хлопнула скетчбуком по столу учительница. — Ещё одна такая выходка, и пойдёшь к директору.
Цокнув и закатив глаза, Саша сложила руки на груди, но ничего больше не ответила. Ситуация была не из самых приятных. О том, что Анимешка к чему-то точно готовилась, я замечал уже не первый раз. В любую свободную минуту на перемене или уроке она открывала альбом и начинала что-то в нём рисовать. Не удивлюсь, если там был план по побегу из нашего дома. В любом случае, претензий учительницы я не понял. Было забавно наблюдать за тем, как от гнева порозовело всё её лицо, напоминая свёклу, но забирать скетчбук казалось перебором даже мне.
В конце урока Саша предприняла ещё одну попытку забрать альбом, но учительница повторила свои слова о том, что отдаст его лишь в присутствии родителей. В ситуации Анимешки — это значило никогда.
Ситуация со скетчбуком не оказалась последней. После того, как Саша вновь не появилась на уроке, Татьяна Юрьевна заставила её пересказывать текст, который был задан лишь на чтение и перевод. Сашка рассказал всё, что вспомнила, но недостаточно детально, насколько было нужно, за что получила тройку. Дальше было больше. Каждый раз, когда Саша допускала даже самую маленькую ошибку или некорректно читала новое слово, Татьяна Юрьевна тяжело вздыхала, качала головой и выдавала: «вот так у нас теперь говорят на уровне С1». Анимешка на это не реагировала, но по её лицу было заметно, как вся эта ситуация её раздражала.
— Ярик, нужна твоя помощь, — окликнул я друга, после звонка на вторую перемену.
— Для тебя всё, что угодно, рыба моей мечты, — причмокнул губами друг, посылая воздушный поцелуй.
План был хлипким, придуманным на коленке, но должен был сработать. Если нет, то пришлось бы действовать по ситуации. Кабинет английского моей группы располагался на одном этаже со спортивным залом. Выкатив футбольный мяч в коридор, Ярик начал чеканить его прямо перед классом. Когда мы поняли, что это не работает, Ярослав пнул его в дверь, потом ещё раз. На третий раз дверь распахнулась, и мяч угодил прямо Татьяне Юрьевне в ноги. Та вскрикнула и свалилась на пол, схватившись за дверную ручку. Этого в плане не было, но Ярик быстро среагировал. Рассыпавшись в извинениях, он тут же подбежал к Татьяне Юрьевне, помог ей встать и повёл в сторону медпункта. Воспользовавшись возможностью, я проник в кабинет английского и забрал скетчбук. В класс тащить его не стал. Взыграло спортивное чутьё, тренированное годами. Спустился в раздевалку и спрятал в своё отделение для обуви, прикрыв пакетом со сменкой.