— Саш, — аккуратной поступью Илья подошёл ко мне и присел на корточки. В нос ударил запах нефильтрованной, жёсткой воды. — Эй, Анимешка, что с тобой?
Он легко коснулся меня ладонью за плечо и по телу пробежались мурашки. Губы надломлено поджались. Мне этого было не нужно. Только не от него.
— Убери руки, — зарычала сквозь зубы я. Илья тут же поднял ладони вверх, но не ушёл.
— Что на тебе одето? — Его голос прозвучал почти испуганно. — Ты с ума сошла? На улице почти минусовая температура. Ты умереть хочешь?
— Да, — тихо, едва разлепляя губы, прошептала я.
— Саш.
Илья вновь потянулся ко мне рукой, но я резко ударила по ней своей, грозно взглянув ему в лицо. Его взгляд потеплела и на дне карих глаз я увидела, то что привело меня в бешенство — жалость.
— Я же сказала тебе отвалить. Что ты лезешь ко мне?! — Процедила я сквозь зубы, ощущая, как под кожей всё начинает ходить ходуном, как во время зоны турбулентности.
— Саш, я просто…
— Прекрати звать меня по имени! Прекрати пытаться со мной поладит! — Заорала я так, что зазвенело в ушах, а в горле вновь появился нервный комок, который начал травмировать стенки. — Думаешь, я когда-нибудь прощу тебя? Нет! Ты причина, по которой вся моя жизнь разрушилась. У меня не осталось ничего, потому что ты решил выбежать на чёртову дорогу! Ты такой же, как и Сергей: эгоистичный урод, который только и может, что ломать жизнь других. Я ненавижу тебя! Я ненавижу всю вашу чертову семью! Я…
В горле встал ком не давая вдохнуть и выдохнуть. Я начала задыхаться, всхлипывая и хватаясь руками за шею, оставляя на ней красные полосы от ногтей. Послышался треск керамики. Что-то опасно черкануло по ноге. В то же мгновение горячие руки подхватили меня под локти и усадили на пол, опирая о шкаф. Илья метнулся в кухню, а уже через пару секунд вернулся со стаканов воды в руках. Присев на колени, он поддержал мою голову, помогая сделать несколько больших глотков. От тремора по всему телу вода выливалась изо рта и ручейками спускалась по шее на одежду. Только после того, как я закашлялась и отодвинула ладонью кружку, Илья отставил её в комнату.
Я чувствовала на себя внимательный взгляд карих глаз. Моё тело продолжало дрожать то ли от избытка чувств, то ли от холода.
— Саш, тебе нужно сходить в ванну и сменить одежду иначе простынешь, — Илья вновь потянулся рукой к моему лицу, но в очередной раз получил по ладони.
— Я же сказал тебе не лезть, — процедила сквозь зубы я, смотря на него исподлобья самым страшным из своих взглядов.
Мне не нужна была помощь, тем более от него. Если Илья думает, что как-то сможет загладить свою вину — нет. Если бы его не было, моя жизнь осталось бы прежней, и всё бы было хорошо. Теперь исправить всё это было невозможно. И эта авария всю жизнь будет на его совести.
Мне вновь стало тяжело дышать, и я почувствовала, как по щекам потекли обжигающие слёзы. Я пыталась смахнуть их ладонями, но становилось лишь хуже. Слёзы текли без остановки. В носу предательски захлюпало. Я попыталась встать, чтобы уйти от Ильи подальше, но ноги казались ватными. В них не было силы. С ненавистью, мои руки ударили по бёдрам. Это было нечестно. Несправедливо. Все это, что происходило в моей жизни. Чем я всё это заслужила?
Неожиданно сильные руки обняли меня и прижали к себе. Я ударила Илью в грудь кулаками, начала вырываться, кричать, скалилась, как настоящая волчица, но он не отпускал. Наоборот, с каждой моей попыткой выбраться из его рук, он сжимал их лишь сильнее. Будто бы пытался выдавить из меня всю боль и отчаяние, как сок из лимона.
— Прости, — прошептал едва слышно Илья, и моё тело заледенело. — Знаю, что ты никогда не простишь меня за то, что случилось с твоей мамой, но я правда не хочу видеть тебя такой. Если тебе станет легче от крика или от того, что побьёшь меня, я потерплю, только не делай глупости, пожалуйста.
Сердце замерло, как и всё тело, но после слов Ильи перестроилось на другой ритм. Оно стало бить чётко и быстро, будто бы кто-то нетерпеливо стучал в дверь, за которой, казалось, уже никто и не жил. Я втянула хлюпающим носом воздух и закашлялась. Сжав пальцами плечи Карасёва, с силой упёрлась ему в грудь, поджимая губы. Я сходила с ума. От всего, что происходило вокруг, от резкой смены обстановки, от вечных разбирательств с папашей, от злости на Илью, потери всего, что мне было дорого. Голова шла кругом и организм не справлялся. Казалась, что я плыву на крохотном судне в самую гущу шторма и вот-вот моя жизнь оборвётся, как вдруг вдалеке показались лучи солнца и облака медленно стали расступаться.