Время шло, а Энн все сидела на софе и невидящими глазами смотрела перед собой.
«Да, теперь поздно что-либо менять. Все пути назад отрезаны, и между мной и дочерью разверзлась бездонная пропасть».
Эдит заглянула в комнату и, увидев погруженную в думы хозяйку, скрылась в коридоре.
Раздался звонок в дверь, и она, тяжело ступая, прошлепала по коридору.
– За вами заехал мистер Моубрей, мэм, – вскоре сообщила Эдит.
– Что ты сказала?
– Это приехал мистер Моубрей. Он ждет вас внизу.
Энн подскочила с софы и посмотрела на часы. «Боже, что же я здесь сижу, словно парализованная! – подумала она. – Ведь Сара сейчас улетает на другой конец света!»
Энн схватила меховую пелерину и выбежала из квартиры.
– Бэзил! – задыхаясь от быстрого бега, произнесла она. – Пожалуйста, отвези меня в аэропорт. Только быстро. Как только можешь.
– Энн, дорогая, что это значит?
– Сара. Она улетает в Канаду, а я с ней так и не попрощалась.
– Но, дорогая, не слишком ли долго ты раздумывала?
– Да, очень долго. Потому что глупая. Но я все же надеюсь, что мы поспеем. О, Бэзил, давай же гони машину. Быстрее!
Бэзил Моубрей тяжело вздохнул и включил двигатель.
– А я, Энн, всегда считал тебя разумной женщиной, – с упреком заметил он. – Слава богу, что у меня нет детей. Люди из-за них порой ведут себя как сумасшедшие.
– Бэзил, пожалуйста, поспеши.
Бэзил вновь тяжело вздохнул.
Они проехали по улицам района Кенсингтон, избежав дорожной пробки на Хаммерсмит, промчались по боковым улочкам через Чисвик, где скопилось много машин, и выскочили на дорогу Грейт-Вест. По обеим сторонам от них тянулись сначала огороженные забором заводские корпуса, потом очерченные неоновой подсветкой высокие здания, затем коттеджи. В них жили люди: матери и дочери, отцы и сыновья, мужья и жены. И у всех свои проблемы, скандалы и бурные примирения. Ну совсем как у меня, подумала Энн. Неожиданно она ощутила родство со всеми, кто живет на этой планете, почувствовала себя маленькой представительницей человеческой расы… Нет, она не должна быть одинокой – ведь ее окружают точно такие же люди, как и она сама…
В аэропорту Хитроу пассажиры ждали объявления о посадке. Одни из них сидели на неудобных креслах, другие стояли.
– Не жалеешь? – спросил Джерри.
Сара взглянула на него, давая понять, что ни о чем не жалеет.
За последнее время Сара похудела, и на ее лице еще лежала печать перенесенных страданий. Она выглядела старше, но не стала менее красивой. Теперь она была похожа на взрослую женщину.
«Джерри советовал мне попрощаться с мамой, – подумала Сара. – Но он не понимает… Если бы только я могла хоть как-то загладить свою вину перед ней. Увы, это невозможно… Ричарда Колдфилда ей уже не вернешь… Нет, то, что я сделала маме, простить нельзя».
Сара была рада, что уезжает с Джерри, – в Канаде ее ждала новая, полная надежд жизнь с любимым человеком. Она думала об этой неизвестной жизни, а внутри все кричало: «Мама, я уезжаю… Я уезжаю навсегда, мама…»
Ох, если бы только…
Голос диктора, раздавшийся из динамика, заставил ее вздрогнуть. «Просим пассажиров, отбывающих рейсом 00346 на Монреаль с посадкой в Гандере и Пресвике, пройти на таможенный досмотр и на регистрацию в службе иммиграции».
Пассажиры, улетавшие этим рейсом, подхватили свой багаж и толпой потянулись к дальней двери зала.
Сара уныло следовала за Джерри чуть позади него.
– Сара! – неожиданно раздался женский крик.
Энн со сбившейся набок пелериной ворвалась в здание аэропорта и кинулась к дочери. Сара, уронив небольшую дорожную сумку, со всех ног бросилась к матери.
– Мама! – закричала она.
Они горячо обнялись, потом, чуть отстранившись, посмотрели друг на друга.
Все слова, которые Энн собиралась сказать дочери, застыли у нее на губах. Но они уже и не требовались. Сара почувствовала, что все понятно и без ее слов. Произнести: «Прости меня, мама» – это все равно что ничего не сказать.
И в этот момент Сара поняла, что с ее детским стремлением к независимости от матери навсегда покончено. Теперь она была уже не девочкой, а женщиной, крепко стоявшей на ногах. Но мама есть мама. И какая тут может быть независимость?
– Со мной все будет в порядке, мама, – улыбнулась Сара.
– Я за ней присмотрю, миссис Прентис, – сияя глазами, пообещал Джерри.
Сотрудник аэропорта подошел к Саре и Джерри и попросил их пройти на таможенный досмотр.