— Ее жизнь очень ценна, и ты это знаешь, — ответил я со спокойствием, которого вовсе не чувствовал.
Мак сделал еще один глоток вина, наблюдая за мной.
— Да, это так. Завтра тебе придется заняться восстановлением потерянного контроля.
— Сыграть милого парня перед людьми?
— А ты способен на это?
Я провел пальцами по волосам.
— Вот и проверим.
Кривая улыбка сползла с губ Мака, когда он откинулся на спинку стула.
— Не хочешь перенести дату начала миссии?
— Нет. Мы не закончили с тренировкой группы, которая будет нас сопровождать, да и Ривер не готова к походу. Люцифер, возможно, ищет ее, но не знает, что она здесь. У нас есть немного времени.
— Ясно.
Мак откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Мы провели еще два часа, обсуждая группу, которую он считал лучшей из ста пятидесяти новобранцев, пока остающуюся в стороне для специальной подготовки к миссии, и предстоящее путешествие во внутренние пустоши этой страны. Путешествие, в котором Мак не будет участвовать, поскольку останется здесь, чтобы присмотреть за солдатами и демонами, охраняющими стену.
Наконец Мак поднялся на ноги и потянулся.
— Я так и не поблагодарил тебя за произошедшее раньше, — ухмыльнулся он, протягивая мне руку. — Поистине замечательное зрелище, которое сохранило жизнь многим из нас.
Я быстро пожал и отпустил его руку. Пока я провожал Мака, мою голову заполняли мысли о Ривер, заставляющие волноваться.
— Был рад помочь.
Я отодвинул полог, пропуская мужчину вперед, и шагнул в ночь вслед за ним. Потрескивание костра на холме привлекло мое внимание к пламени, вздымающемуся высоко в небо.
— Как все прошло? — спросил Корсон, стоя рядом с Бейл возле палатки.
— Нужно будет еще кое-что исправить, но он все понял.
— Конечно, он же лидер, — добавила Бейл.
— Где она? — спросил я, не желая больше ждать.
— Легла спать около часа назад, — ответила Бейл.
Я сдержал проклятие, коротко поклонился и нырнул в палатку. Застегнув клапан, я нетерпеливо зарычал, прежде чем подойти к тонкому материалу, отделяющему меня от Ривер. Я стоял там, прислушиваясь к любым звукам движения с другой стороны. Все было тихо, но я знал, что она проснулась, так как чувствовал сладкий запах ее возбуждения.
Мой член увеличился, пока я ждал, позволит ли Ривер подарить удовлетворение ее телу.
Глава 35
Ривер
Я сидела на кровати, скрестив ноги, пока мои пальцы нервно теребили край белой футболки, в которой я спала. На мне была только эта футболка, но даже она казалась слишком неудобной на моей сверхчувствительной кожи. Успокаивающие звуки голосов Мака и Кобаля отдалились, из чего я сделала вывод, что они покинули палатку. Мое сердцебиение участилось, а волнение вызвало мурашки по коже, когда я уловила, как снова поднялся и опустился клапан на передней части палатки.
Я не слышала шагов Кобаля, но он был где-то там, я чувствовал его. Уставившись на полог, разделяющий две комнаты, я поняла, что он не придет ко мне. Решение должна была принять я, то есть встать и сама подойти к нему. Сумею ли я? Смогу ли открыться ему таким образом?
Кобаль мог бы уничтожить мое сердце, разорвать его в клочья голыми руками, но я так хотела, чтобы эти руки ласкали меня. Если я открою клапан, то стану уязвима для разбитого сердца и страданий, но наконец получу шанс облегчить эту бесконечную муку, которая поселилась в моем теле после встречи с Кобалем.
Повернувшись, я опустила ноги на пол и вцепилась руками в край кровати.
Я должна была быть достаточно сильной, чтобы повернуться спиной к пологу и отгородиться от Кобаля. Должна была быть достаточно сильной, чтобы держать между нами дистанцию и тем самым защитить свое сердце. Этот мужчина не был человеком. Кобаль возрождал пламя в своих руках, и я знала, что есть еще многое, во что я не была посвящена, но меня это не волновало. Как и Кобаля не волновало то, что он был законным королем ада, а человек, приложивший руку к моему созданию тысячи лет назад, был его смертельным врагом.
Все это не имело значения. Я поверила ему, когда он заявил, что хочет меня из-за моей сущности, а не для мести Люциферу. Кобаль обладал многими качествами, но среди них не числились злоба и манипуляции. Он не играл в игры. Если Кобаль хотел достичь цели, то действовал прямолинейно.