— Как ей удалось это пережить? — Корсон склонил голову, из-за чего серьги в его ушах звякнули.
Я подавил в себе желание вырвать эти отвратительные украшения из его ушей, пока он пялился на отметины на шее Ривер. Три моих укуса были отчетливо видны на ее золотистой коже, хотя я знал, что их было больше, гораздо больше. Одна только мысль об этом заставила меня неловко заерзать, так как вся кровь хлынула в мой пах.
«И сегодня вечером я буду отмечать ее снова и снова».
— Ривер сильнее, чем кажется, — вежливо ответил я.
— Она, должно быть, соответствует моим предположениям, значит, под ее рубашкой кое-что да есть.
Мои клыки резко вытянулись, когда я повернулся к Корсону.
— Тебя не касается, что у нее под рубашкой!
Корсон испуганно отступил на шаг и, подняв руки, начал оправдываться:
— Успокойся, — пробормотал он. — Меня это совершенно не интересует.
Я продолжал сердито смотреть на него, но мои клыки втянулись, вскоре я снова сосредоточил внимание на Ривер. Проходя мимо Корсона, какая-то девушка хихикнула и провела кончиками пальцев по одной из висячих сережек-единорогов.
— Ты всегда можешь принести мне свой набор, если придешь сегодня вечером к огню, дорогая, — произнес он по-английски и подмигнул.
Девушка засмеялась, мило покраснев, и захлопала ресницами.
— Может быть, — ответила она и поспешила прочь с одним из своих друзей.
Корсон повернулся ко мне. Когда я нахмурился, улыбка мгновенно исчезла с его лица.
— Мы в курсе, что означают эти метки, но люди-то не знают, — вмешался Шакс, снова переходя на наш родной язык. — Среди солдат уже ходили разговоры, что вы трахаетесь, а метки лишь подтвердят их предположения. Люди не поймут, как к этому относиться.
— Разве это должно меня волновать?
— После вчерашнего, должно. Люди стали опасаться нас, — пробормотала Бейл.
— Люди и так избегали Ривер. Может, они и не знают о метках, но поймут, что она находится под моей защитой, и оставят ее в покое, — заявил я. — Мужчины тоже поймут, что пора перестать пялиться на нее.
«Им придется это понять».
— Она ключ, который мы искали. Ты рискнешь всем, если между вами что-то пойдет не так.
— Между нами все будет хорошо! — огрызнулся я. — Она моя избранница, я не могу отгородиться от Ривер.
Мой взгляд сразу метнулся к Ривер в толпе людей. Все, чего я хотел, — вытащить ее оттуда и укрыть от взглядов и слухов, кружащих вокруг. Она не обращала на это никакого внимания, но я знал, что Ривер чувствовала себя преданной собственным видом. Видом, который она могла спасти от вымирания. Я хотел бы разорвать каждого неблагодарного придурка на куски голыми руками.
— Нельзя отрекаться от избранных, — пробормотал Шакс. — И судя по укусу, который я вижу на твоей шее, в ней больше от демона, чем, по моему мнению, кто-то из нас верил.
Ривер, возможно, не ощущала связь избранных также сильно, как я, и не была уверена в реальности происходящего между нами, но какая-то ее часть все же признавала меня, значит, я буду носить ее метки до конца своих дней. Или до конца ее дней. Мне было ненавистно вспоминать о смертности Ривер.
— Какое интересное изменение ходя событий, — пробормотала Бейл.
Корсон рядом с ней рассмеялся.
— Да, интересно.
— Влюбился в человека, который в придачу является дочерью Люцефера, — фыркнул Шакс. — Никогда бы не подумал о таком исходе.
— Даже если бы у меня были видения каждый день, то навряд ли я сумела бы увидеть подобное, — рассмеялась Бейл.
— Она не человек, — напомнила я, стараясь не показывать своего раздражения. Некоторые люди вокруг вопросительно поглядывали в нашу сторону, пока демоны продолжали хихикать и толкать друг друга локтями.
— Не человек, — согласился Корсон, первым взяв себя в руки. — И именно это делает наш разговор более рискованным. Ты знаешь, кто она, знаешь, что она может быть нашей единственной надеждой покончить с Люцифером. Нашей единственной надеждой выжить. Если другие доберутся до нее…
— Этого никогда не случится! — резко перебил я.
— То возьмут под контроль и тебя, — продолжил Корсон, будто я ничего не говорил. — Нельзя отрицать, что ты объявил ее своей избранницей. Ривер тоже заявила на тебя права, хоть я уверен, что она не совсем понимает весомость этой связи или мощь, которая придет позже. Но вместе с увеличенной силой прибудет и новая слабость.