Несмотря на то, что она обладала неземной красотой и все мужчины теряли дар речи, когда она проходила мимо, я была почти уверена, что она в отношениях с Мораксом. Я не имела представления, как именно это происходит у демонов, но они практически всегда были неразлучны, и у обоих имелись следы от укусов на шее.
Как бы там ни было, на уровне инстинктов я чувствовала, что эти укусы были способом обозначить их связь друг с другом. При мыслях об этом во мне что-то пробуждалось, что-то, что я не понимала, но жаждала. Я бросила свой взгляд на Кобаля и поспешно отвернулась, снова сосредоточившись на всех демонах перед нами.
Все они были одеты в свободные льняные брюки разных цветов. В штанах Моракса сзади была проделана дыра, чтобы иметь возможность пропустить через нее хвост. Их майки были пошиты из того же материала и соответствовали цвету их штанов. Они выглядели вполне естественно в таком прикиде, но что-то подсказывало мне, что это не было их привычным одеянием. Они просто нацепили на себя это, чтобы не особо контрастировать с людьми. Я все еще не знала. кто пошил одежду для Кобаля, но я точно не завидовала им.
За спинами демонов под солнечными лучами сверкало разнообразное оружие. Мишени уже были установлены, а на земле позади мечей, кинжалов, катан и другого холодного оружия лежали подкладки. Я не предполагала, что это возможно, но я действительно преуспела в овладении катаной, и мне пришлась по вкусу наша оружейная подготовка. К несчастью, благодаря стараниям Кобаля, мне предстояло не раз оказаться на земле на протяжении ближайшего часа или около того, прежде чем я доберусь до оружия.
— Давайте начнем, — скомандовал он.
Его проникновенный баритон странным образом заставил слегка что-то затрепетать внутри меня, но я попыталась проигнорировать это. Если я позволю себе отвлекаться на это исчадие ада, то окажусь лежа на земле гораздо раньше, чем обычно.
Это была далеко не первая наша тренировка, поэтому нам не требовалось много времени, чтобы самостоятельно разделиться на группы. Я вытянула ноги, чтобы немного расслабиться, прежде чем мы приступим. Кобаль намеренно проследовал к нашей группе, прожигая меня своими черными глазами по мере приближения.
Несмотря на мою неприязнь к нему, мой пульс участился, как только он оказался рядом. От того, как лучи солнца облизывали его мускулы и как одежда облегала его накаченное тело, у меня повысилось слюноотделение. Я терпеть не могла, когда он швырял меня из стороны в сторону, словно тряпичную куклу, но я получала удовольствие от ощущения его рук на моем теле и вида его играющих мышц передо мной, когда он атаковал меня.
Это место и его присутствие здесь постепенно превращали меня в мазохистку.
Четыре солдата присоединились к нам. Я стояла, ожидая своей очереди, чтобы пройти через все этапы. Они обучали нас основам таких боевых дисциплин, как каратэ, крав-мага, джиу-джитсу и, как предпочитал называть это Кобаль, грязной демонической борьбе, навыки которой могли пригодиться тогда, когда в схватке с демоном твоя жизнь висит на волоске.
Кобаль встал передо мной, и я задалась про себя только одним вопросом, останется ли мой копчик целым и невредимым после этого.
— Пришло время попотеть, — сказал он, выставив передо мной свои ладони.
Все равно эта затея была обречена на провал, и мы оба знали, что в течение следующего часа я не раз окажусь уложенной на спину. Я нанесла серию произвольных ударов руками и пятками по его ладоням, чтобы размять свои икроножные и тазобедренные мышцы, прежде чем перейти к основному этапу тренировки.
После такой разминки с ним мои мышцы пришли в тонус.
— Готова? — поинтересовался он.
Нет.
— Да, — ответила я, несмотря на то, что подумала другое.
Он сделал шаг вперед, и прежде чем я успела шелохнуться, его нога взметнулась и сбила меня с ног. Еще секунду назад я стояла на ногах, будучи готовой к его атаке, а в следующее мгновение я уже лежала на спине, наблюдая за проплывающим мимо меня белым пушистым облаком и пытаясь отдышаться. Тень от него упала на меня, когда он подошел ко мне, чтобы убедиться, что я в порядке. Слава богу, на его лице не было ухмылки, но я уловила задорные искорки, мелькнувшие в его обсидиановых глазах, прежде чем он протянул мне руку.