Я шагнула в сторону, чтобы избежать столкновения с большим кленом, к которому Кобаль намеренно вел меня в надежде поймать в ловушку. Шлепки от ударов наших тел друг о друга наполняли тишину, пока мы неуклонно шли через поле. Я сдавала позиции, тем не менее Кобаль не спешил уложить меня на лопатки.
Битва не утихала, пока мы направлялись к сожженным домам заброшенного города за тренировочными полями, рядом с которыми практиковались утром. Мы прошли почти две мили.
Мои ноги дрожали, пот пропитал одежду и стекал по лицу. Кобаль же не выказывал никаких признаков усталости и не замедлялся, продолжая неуклонно наступать. Спустившись с холма, мы зашагали по почерневшей траве в выжженную деревню проклятых, по крайней мере так я называла ее. Я стояла спиной к немногочисленным домам, преграждающим мне путь, но благодаря его глазам у меня получилось избежать столкновения с одним из них.
Кобаль отскочил в сторону, когда я ударила ногой, но мне удалось задеть его яйца. Он резко повернул голову в мою сторону, раздув ноздри, и снова атаковал, но что-то в нем изменилось. Прежде он пытался доказать свою правоту, проявить превосходство и подчинить меня своей воле. Теперь я чувствовала что-то сексуальное в его руках, скользящих по моей плоти, чувствовала возбуждение, нарастающее в его дрожащем теле.
Я предполагала, что удар по яйцам, пусть и несостоявшийся, приведет Кобаля в ярость, вместо этого все вышло на совершенно новый уровень. Мое собственное тело отреагировало, я подошла ближе, продолжая наносить еще больше ударов и пинков. Я трепетала от прикосновений Кобаля и наслаждалась его огненным запахом, когда мои ладони скользили по его покрытому испариной телу.
Кобаль хмыкнул, когда мне наконец удалось нанести ему сильный удар в живот. Я уклонилась от размашистого выпада, которым он ответил. Однако из-за усталости я не сумела избежать следующего удара. Я дернулась в сторону, но кулак все равно достиг моего плеча, оттолкнув.
Казалось, мне удастся метнуться в сторону, чтобы избежать столкновения со стеной обуглившегося дома позади. И я даже повернулась в попытке провернуть это, но прежде чем смогла полностью уйти с пути Кобаля, его руки врезались в стену рядом с моей головой. Стена позади задрожала, а из пробитых дыр мне на плечи посыпались пыль и сажа.
Кобаль зажал меня между своим телом и осыпающимися остатками здания. Он возвышался надо мной, заслоняя солнечный свет своими плечами. Из-за тяжелого дыхания моя грудь вздымалась и опадала. Каждый вдох заставлял мою соски касаться его твердых грудных мышц. Я ожидала, что Кобаль отстраниться, но он шагнул ближе.
Мои пальцы впились в стену, пока я боролась с желанием обнять мужчину. На его лице было такое свирепое выражение, что я с отчаянием возжелала ощутить его еще ближе. Кобаль согнул колено так, что оно коснулось внешней стороны моего правого бедра, чтобы удержать меня у стены, но я обнаружила, что никуда не хотела уходить, пока он был рядом. Чернота его глаз исчезла, снова превратившись в расплавленное золото. Я ахнула от красоты и дикости этих глаз, которые сейчас смотрели на меня сверху вниз.
Изменение цвета было скорее признаком его страсти, чем жестким свидетельством возбуждения у моего бедра. Его грудь так же вздымалась от тяжелого дыхания, соблазнительно потирая мои твердые соски, которые натянули рубашку. Тихий стон, частично от желания, а частично от мольбы избавить меня от страданий, поцеловать или уйти, сорвался с моих губ.
«Пожалуйста, не уходи».
Но он не сделал ни того, ни другого. Кобаль наклонил голову еще ниже так, что я почувствовала, как его дыхание овевает мне лицо. Мурашки пробежали по моей коже, когда его губы коснулись моего уха, чтобы произнести:
— Реальность будет намного лучше любого сна, Ривер. Я обещаю, что заставлю тебя кончить сильнее, чем когда-либо прежде.
Его хриплый голос и уверенность в словах заставили меня резко выдохнуть. Я прикусила нижнюю губу, привлекая его внимание. Голодное урчание зародилось в его груди, из-за чего мое дыхание участилось, заставляя мою грудь сильнее прижаться к безжалостной плоти его точеных грудных мышц.
Не успела я ответить, как Кобаль убрал руки. Он посмотрел на меня многообещающим взглядом и отвернулся. А затем замер, увидев большую толпу, которая следила за нашей битвой с самого начала. Его губы изогнулись в усмешке при взгляде на любопытствующих.