Миа произносила каждое слово, довольно откинувшись на диване и употребляя свой напиток с таким выражением лица, словно получала чертов оргазм, а я-то знаю, как она выглядит в такие моменты, так как однажды невольно стала свидетельницей их с Себастианом пикантной сцены в туалете гребаного общественного заведения под названием «кафе», и если я хотела избежать полного повиновения этой умалишенной крошке, мне нужно было срочно что-то предпринять, но я ни хрена не соображала.
— Ты серьезно? — уставилась я на нее, ожидая, что Миа вот-вот рассмеется, но она просто махнула пальчиком.
— Вполне! Пиши.
И я писала. Затем стирала. И снова писала. Исправляла. И сколько длилась эта чертова пытка, я не знала, но, кажется, из-за потерянного счета времени даже начала трезветь и заказала новую порцию выпивки, чтобы это пережить.
В итоге сообщение стало выглядеть так:
«Я беременна, гребаный мудак. Так что тебе и твоей подружке все равно придется давать деньги на памперсы нашему ребеночку! С Днем независимости!»
— Отправляй, — кивнула подруга и протянула мне уже наполненный бокал.
Глава 3
И как же я поступила? Ослушаться Миа Купер я не посмела.
Сделав глоток, я нажала на кнопку отправки, выключила сотовый и, спрятав его в карман, пошла танцевать с подругой. В итоге к концу нашего зависания в этом месте, которое начало мне даже нравиться, я была изрядно пьяна, научилась курить, вдоволь обнялась с Эйденом, который, кажется, не понарошку был не против и… по-прежнему не имела понятия, где ночевать. Но, похоже, Миа хорошенько подговорила Себастиана, который в свою очередь подговорил Эйдена удовлетворить бедную пьяную Грейси, которую предали так же, как хозяева, бросившие вшивого котенка. Собственно, так я себя и чувствовала, особенно когда Эйден настаивал на том, что вызовет нам такси и отвезет меня в ближайший мотель, снимет мне номер, а уже после поедет домой. Забота как она есть. Я отнекивалась, как могла, ведь и сама все еще была в состоянии снять номер, да и Миа без особого энтузиазма со стороны Себастиана зазывала меня ехать к ним. Но разве я могла испортить рандеву этому секс-маньяку, который и так ненавидел меня из-за того, что я перебила ему и Миа их вечернюю порцию радости? Притом, что, к слову, я уже не впервые срывала этой безумной сладкой парочке их сексуальные планы. Ну, уж нет. Я еще некоторое время продолжала гнуть свою линию о том, что справлюсь сама, но Эйден оказался довольно настойчив. Толкнув меня внутрь в приехавшее такси, он ловко назвал адрес, и когда мы подъехали, я увидела не мотель, а высокий белый забор. Он привез меня к себе домой, аргументируя это тем, что я высплюсь на нормальной кровати и сэкономлю пару сотен долларов, а уже завтра на свежую голову отправлюсь к подруге, где и буду решать, что мне делать дальше. Мысли о том, откуда у штатного психолога деньги на такой дом, меня не посещали, а вот предвкушение нормальной кровати заставило улыбнуться. Да, но прав Эйден оказался далеко не во всем. Этой ночью я явно не выспалась. Мистер Психолог делал со мной такие вещи, которые я себе и представить не могла, потому что не знала, что так, черт возьми, вообще можно. Быть может, это все мое пьяное тело и разгоряченная фантазия, которую я сдерживала где-то глубоко внутри себя много лет, но я не знала, что мое тело способно принимать такие позы, и больше того, мне хотелось давать этому мужчине такое же количество страсти, что дарил мне он. По сравнению с этой ночью мой сексуальный мир с Тайлером просто нельзя было назвать сексуальным.
А сейчас я сижу вся покрытая краской из-за того, что мне, черт подери, стыдно из-за того, что здесь происходило несколько часов назад. От того, что в памяти вспыхивают картинки, где он меня… или я его… или я ему… а как он мне… и… о, черт, кажется, мне становится плохо. Спасибо тебе, Господи, что Эйден все еще умиротворенно посапывает на другой стороне кровати, едва прикрывшись серым одеялом, и одна его рука, вероятно, свисает к полу, а лицо обращено к окну, а не в мою сторону, от чего становится немного легче. Я старалась совсем на него не смотреть, потому что желание снова пройтись языком по его рельефной спине было слишком велико, но мне это слабо удавалось. Этот мужчина показал мне другую сторону чертовой медали, но, с другой стороны, не сделал мою жизнь легче. Теперь я не просто брошенная идиотка…
«Шлюха. Грязная извращенная шлюха, которой понравилось то, что с ней вытворяли», — кричало мое подсознание. И разве я могу отрицать это, когда, слегка повысив градус, тут же кинулась в постель к первому встречному, пусть этот встречный и был чертовски убедительным и горячим? И чем я лучше Тайлера? Мне нет оправдания!