–Бежите…– повторил Алгений с презрением.
–Я выбираю благо, – возразила я. – Но это благо моё собственное. Умом я вас понимаю, а моё сердце нет.
Гленда непонимающе переводила взгляд с меня на магистра.
–Прощайте! – я метнулась к дверям, быстро, чтобы не передумать, чтобы скрыть подступающие слёзы.
Я никогда не была воином, я никогда не была из числа мудрых жриц, я никогда не была никем выдающимся. Передо мною не вставало никаких решений, и я не грезила о высотах. Иногда я, конечно, задумывалась о том, что сделаю, если придётся выбирать между долгом и, к примеру, собственной жизнью. Что ж, зря я задумывалась – судьба услышала меня и поставила перед таким выбором, и мне не нравится мой ответ. В нём много трусости. Но это я. И я бегу.
–А я как раз к тебе! – Роден оказался прямо передо мной. я не заметила его и едва не толкнула. – Что случилось?
–А я к тебе.
–Чем могу помочь? – дознаватель посерьезнел. – какое у тебя ко мне дело?
–Никакого, – я заставила себя улыбнуться. – Я уезжаю из города. Приют на Гленде. Поедешь со мной? правда, я пока не знаю куда.
–Куда хоть хочешь? – Роден был растерян, но опыт дознавателя заставлял его держать лицо.
–Туда, где будет покой.
–Он здесь. С сиротами. С теми, кого ты бросаешь, и… – Роден поморщился. – ты странная. Я никуда не поеду. Здесь служба. И ты одумайся! Ну магистр да магистр. Сама знаешь, он под короной ходит. А по всей земле война, разруха…ну куда ты?
–Сказала же, не знаю!
–Бежишь? – в голосе Родена не было презрения, но тоска обожгла меня. – Беги.
Он хлопнул меня по плечу и двинулся по дороге, ему нельзя надолго покидать службу. Он легко оставил меня. Я стояла, не зная, куда податься, прислушивалась к уму и сердцу. Ум был тих, а сердце билось размеренно. Порыв, нагнавший меня, отступил. И я осталась стоять, ненужная и потерянная.
Ругаясь, кляня всех и всё, я пошла назад, к приюту, надеясь, что Гленда еще не вошла во вкус маленькой власти над чужими жизнями.
Конец