Следом приземлилась Ламея, одарив меня новой порцией этой пыли, которая уже закралась в каждую щель моего костюма, в каждую складку моего тела. Она была в глазах, в носу и ушах. Когда я говорил, то чувствовал, как частички пыли хрустят и скрипят у меня на зубах.
— Заряд, вставай, живее! Эта тварь берёт разгон! — Ламея меня подняла на ноги одной рукой, словно куклу.
— Ламея, гоните его на меня, я взял остатки бронебойных из Бегемота. — Голос Командира послышался из рации.
— Надеюсь, что вы на позиции, Командир, потому что мы в тридцати метрах от того места, где снесли башку 22.
— Вы никого не забыли? — Неожиданно спросил Вайпер, взявшийся из ниоткуда.
Приближаясь к оговорённому месту, я чуть было не запнулся о неизвестный круглый предмет. Только спустя секунду, когда обернулся через плечо, я осознал, что это была оторванная голова 22. Она улетела от тела на целых двадцать метров!
Звуки проламывающихся стен доносились до нас с каждым разом всё ближе и ближе. Адаптон уже не искал способов пройти по проходу из стихийно образовавшихся груд отходов, он пробивал и таранил стены, создавая новые проходы. Встав на четыре лапы, он быстро достигал огромной скорости, позволяя себе догнать нас. Дрожание земли ощущалось интенсивнее с каждой секундой.
— Отряд, разойдись! — Прокричал Командир, расположившись со своей винтовкой на перерез Адаптону.
Мы резко кинулись в разные стороны, чтобы нас не задело случайным рикошетом. Бронебойные патроны считались особой редкостью. В промышленных масштабах их не производили, а инженеры и синтезы, способные их производить, были нарасхват. Командир хранил остатки для особого случая. Склад сумел синтезировать некоторое количество карбид вольфрама, который и предоставляет основное пробивное действие.
Адаптон кинулся дальше, не заметив из-за плотного облака пыли нашего нырка в сторону. Выстрел. Столп искр вырвался из головы Адаптона. Части его бронеплит разрушились и отпали прямо на ходу. Ещё выстрел. Снова фейерверк из искр, рычание Адаптона. Осколками собственного панциря ему оцарапало всю толстую морду. Выстрел. Попадание в шею. Мелкие чешуйки не смогли оставить бронебойный боеприпас и позволили проникнуть вглубь тела. Адаптон заметно снизил скорость, увечье в шее было серьёзным. Снова выстрел из ниоткуда. Командир хитро скрывался во всеобъемлющей пыли и производил выстрел за выстрелом. Вскоре искр не осталось, а каждое попадание по монстру приносило ему страдания. Раны были серьёзными, голова была почти полностью отстрелена, оставшись держаться лишь на части позвоночника и некотором количестве оголённых мышц. Вонючая кровь забрызгала пространство позади Адаптона. Струйки и ручейки крови, стекавшие вниз, превращались в единую большую лужу. Зверь свалился на бок, не в силах стоять. Дыхание участилось, он начал захлёбываться собственной кровью. Выстрел. На этот раз последний. Командир полностью отстрели голову Адаптону. Зверь издал последний вздох и замер. Его грудь опустилась, а область живота полностью сдулась.
— Отлично вы его загасили, Командир! — Сказал Вайпер, подойдя к приблизившемуся Командиру, и выставив руку в ожидании ответного «пять».
— Загрузите голову в Бегемот. Пусть Терапия сначала изучит, а затем передадим в Центр исследований. — Приказал Командир, проигнорировав Вайпера.
Поднять голову смогла только Ламея. Настолько она была огромная и тяжёлая А ещё от неё невыносимо смердит. Голова, а точнее кровь Адаптона невыносимо воняет. Хочется закрыть себе нос, чтобы не ощущать этого. Если пропахнет Бегемот или одежда...
Сегодня оказалось недостаточно моих сил. Как мне казалось ранее, мои выстрелы очень эффективные, а их пробивная способность намного выше и универсальней, чем обычное оружие. Но я не справился. Для уничтожения бронированных целей мне требуется создавать снаряд долгое время, которого зачастую мне не хватает. Надо тренировать свои навыки на полигоне, иначе я превращусь из убийцы в жертву.
В Бегемоте уже находились Командир, Спазм, Терапия и Сентябрь. 23, 24 и 26 направились в свою машину, чтобы загрузить тело 22.
Сентябрь терпеливо ждал, пока дроны Терапии осмотрят и изучат раны, и приступят к лечению. Он снял свою экипировку и шлем. Под шлемом и защитными очками оказался коротко подстриженный смуглый мужчина лет сорока пяти с густыми чёрными усами. Справа на его шее виднелась старая татуировка с римской цифрой IX. Видимо цифра 9 означает порядковый номер месяца — его позывного. Или наоборот. Дроны распороли правую штанину, обнажив бедро. Раны были глубокие, местами плоть свисала кусками и виднелась кость. Молчаливая и сосредоточенная Терапия изучала данные, поступающие сразу с нескольких дронов. Командир прошёл в кабину, Спазм чистил костюм от крови Сентября. Вайпер и Ламея загрузили голову Адаптона в ящик. Смердящий запах сразу заполнил отсек Бегемота. Спазм даже вспомнил, где включается вентиляция и врубил на полную. Тошнотворный запах смешался с пылью, поступающей снаружи. Выбор, конечно, полное говно. Либо тухлый запах, либо пыль, набивающаяся везде.