— Вы что-то хотели? — спросила учительница знакомым трубным голосом.
Ещё вчера Александр был готов подписаться под каждым словом, указывающим на безумие этой женщины, миссис Эльтон. Однако сейчас она казалась совершенно здоровой и даже адекватной.
Засим произошло нечто странное. Стоило Александру открыть дверь шире и войти в кабинет, лицо миссис Эльтон неестественно побагровело, дыхание участилось, а бесцветные глаза налились безумием.
— Отвечай, когда тебя спрашивают, паршивый щенок! — Треснула она мясистой ладонью по столешнице.
Александр процедил сквозь натянутую полуулыбку:
— Прошу прощения за вторжение. У вас есть ключи от ворот? Их нужно закрыть.
— Ключи? Ключи! Ключи! Что мне ключи? Всё забрали! Ничего не осталось.
Миссис Эльтон продолжила несвязно говорить, и где-то совсем близко послышался чей-то шёпот. Александр осмотрел каждого ученика, но те, вжав голову в плечи, безмолвно выводили числа на листах.
— Ерунда какая-то… — Александр покачал головой и решил выйти.
Стоило ему сделать шаг за дверь, как мелькнул чёрный подол и вмиг исчез из виду. Ведомый неясным чувством, тем же, что тогда, когда он гнался за новым знакомым из паба, Олдридж выбежал в коридор. Тот же подол скрылся за углом ещё неизведанного правого крыла. Александр забыл о воротах и ключах. Забыл о цели своего визита и возможном гневе сестры Марты. Инстинкты требовали следовать за человеком и срочно раскрыть его личину, будто от этого знания зависела жизнь.
В пять широких шагов Александр достиг заветного угла и по-детски обрадовался, когда увидел заветный чёрный подол. «Попалась!» — пронеслось в его голове с кровожадным восторгом. Но всякая радость сразу утихла, как только подол превратился в монашескую рясу. Лицо сестры Марты, омрачённое беспокойством, вытянулось в испуге. Всего один шаг разделял их от столкновения, и Александр намеренно двинулся вперёд, позволяя этому столкновению случиться.
Якобы смутившись, Александр отвёл глаза на лестницу за спиной Марты. Весьма интимная дистанция между ними оставалась прежней и, похоже, не волновала сестру. Длинные ладони её, лежащие на мужской груди, чуть дрогнув, легонько поднялись по гладкой ткани куртки, а затем соскользнули, безвольно повиснув вдоль тела.
— Мистер Олдридж, вы меня напугали! — отпрянув, воскликнула она и снова сделалась цинично спокойной. — Где вас носит? Уже половина одиннадцатого.
— Извините меня, сестра, — мягким тоном сказал Александр, затем продолжил с наигранным беспокойством: — Я спешил к вам изо всех сил, а когда пришёл — увидел на улице совсем маленьких детей. Клянусь, они сидели там совсем одни, а вокруг ни единой души! Я искал хоть кого-нибудь, кто мог бы закрыть ворота или завести детей внутрь, потому что сам на это пока не имею никакого права.
Сестра Марта быстро переменилась в лице. Поначалу хмурое и недоверчивое, оно стало не на шутку встревоженным. Схватив рукой подол юбки, из-за чего чуть оголилась стройная нога в модных кремовых чулках, женщина побежала к выходу.
В совершенно гадкой улыбочке расплылись губы Александра. Он вспомнил историю, которую на корабле рассказывал один юный сослуживец. Тот хранил во внутреннем кармане фотокарточку красивой женщины, которая потом якобы ушла в монастырь. Мальчишка тогда грезил любой женщиной в рясе, воображая, что под целомудренным одеянием может скрываться что угодно. Наверняка парнишка сильно удивился бы, узнай о существовании такой монахини вне границ его воображения.
Подставив лицо ярким лучам, льющимся через высокие окна, Александр благоговейно прикрыл глаза. Издалека, пробиваясь через туман спутавшихся мыслей, послышался лёгкий топот, и с каждой секундой он становился всё ярче и отчётливее. Александр нехотя открыл глаза. Перед ним заплясали чёрные пятна. Вскоре топот превратился в кучку детей в жёлтых платках. За ними шли две высокие фигуры: хмурая сестра Марта и та самая худая женщина — теперь поникшая и ссутулившаяся, как увядший цветок. Её тонкие волосы выбились из причёски, пальто расстёгнуто, юбка смялась.
Спустя время по воле случая или злому умыслу судьбы Олдридж вновь оказался в кабинете миссис Эльтон. Она достала из ящика стола планирование на год, журналы с оценками, сделала пометки об особо неподдающихся, поставив напротив их имен жирные галочки. А после даже провела экскурсию по небольшой библиотеке на первом этаже. Она общалась с Александром так непринуждённо, будто совсем не помнила о недавнем срыве, оттого казалась ещё безумнее.