Дженни ему понравилась. А вот то, что она была дочерью Мэтта — нет. Кэрол окружила себя детьми трех мужчин из своей жизни. Двух мужей и любовника. Пусть Дженни была не ее, но она была дочерью ее первого мужа. Тим не понимал, зачем ей это нужно. Зачем родила от Рэя, зачем заботилась о дочери Мэтта. Но он держал все это при себе, потому что не хотел сердить Кэрол. Ей не нравилось, когда ей задавали вопросы, а еще больше — когда пытались вмешаться в ее жизнь. Тим чувствовал в ней какую-то непреклонную твердость, которая его немного удивляла. «Или так, как нужно мне, или никак» — вот какая у нее теперь была логика. Она жила только по своим каким-то правилам, уже привыкшая сама распоряжаться своей жизнью и принимать решения. Она встречалась с ним, хорошо к нему относилась, но права влиять на ее решения или вообще на что-то в ее жизни он за собой пока не ощущал. Она ему их не давала. Впрочем, они еще слишком мало были вместе, только начали встречаться, поэтому его это не очень пока задевало. Она была осторожна. Она впустила его в свою постель, но было заметно, что в свою жизнь впускать опять мужчину она опасается. Он не давил. Ему некуда было спешить. Она многое пережила. Смерть одного мужа, предательство другого. Про Рэя он ничего не знал, но был уверен, что и эти воспоминания для нее не из приятных. Она просто боится. Боли, разочарования. Боится не меньше него, он это понял. Оба они боялись.
— Ты очень любила Мэтта? — не удержался он после визита к Дженни.
Кэрол устремила на него спокойный взгляд, и он понял, что вопрос о Мэтте ей не неприятен, он не напрягает ее, как вопросы о других мужчинах в ее жизни.
— Да, очень, — кивнула она.
— Поэтому ты заботишься о его дочери?
— Конечно. А еще потому, что я убила ее мать.
Тим не стал больше спрашивать. Он знал о том, что она когда-то убила какую-то женщину, Даяна рассказывала, знал, что это была первая жена Мэтта. О причинах, заставивших Кэрол совершить этот поступок, он не знал, Даяна толком не смогла объяснить, потому что сама не знала. Сказала, что та пришла к Кэрол зачем-то, и они поссорились, в результате чего Кэрол проломила ей голову. Как Тим ни старался, он не мог себе представить, чтобы Кэрол могла это сделать. Она казалась такой нежной, беззащитной женщиной. Он знал, что от тюрьмы ее спас Рэндэл, что она отделалась всего лишь лечением в психиатрическом госпитале. Он надеялся, что со временем получит ответы на все свои вопросы, что Кэрол ему расскажет. Все. Только нельзя на нее давить, он это понял. И он не давил больше. Ничего он так еще не боялся в своей жизни, как сейчас боялся ее потерять. Их отношения, любовь, стали для него самым важным. Потому что они позволяли ему ощущать себя полноценным мужчиной, таким, как все, потому что рядом с ней он забывал о своих шрамах, он их больше не стеснялся. Потому что он был счастлив, как никогда.
Если он и задавал вопросы, то делал это теперь осторожно, ненавязчиво, как бы между прочим. Например, после визита в пансионат, он вдруг задумался, откуда Кэрол берет деньги на оплату пребывания в этом месте Дженни. На новый дом, намного просторней и лучше того, в котором она жила раньше. На новые вещи для Дженни. Неужели она столько зарабатывает? Когда он спросил у нее о зарплате, она не ответила ничего определенного, типа «хватает на жизнь». Тогда он попросил Иссу узнать. И Исса узнал.
— Где ты берешь деньги? — прямо спросил после этого у нее Тим, сердце которого ныло от неприятной догадки.
— У меня доля в компании Куртни. Рэй мне пересылает немного от ее прибыли.
Тим побледнел.
— Ты берешь у него деньги?
— Я беру свои деньги. То, что завещала мне Куртни. У Патрика там тоже доля, но его капитал Рэй копит по моей просьбе. А в чем дело? — Кэрол смерила его ледяным взглядом.
— Это правда? То, что это не его деньги, что они принадлежат тебе, а он их просто тебе отсылает?
— Конечно. Спроси у Патрика, если не веришь, он в курсе.