Глаза мальчика горели живым интересом, он с почтением внимал каждому слову Иссы.
— Вы такие же, как папа. Вы меня этому научите?
— Мы можем научить только тому, что знаем и умеем сами. Но мы не такие, как твой папа. Мы другие. Твой папа мозг, понимаешь, это когда человек убивает, не прикасаясь к жертвам. Чужими руками. Мы не такие. Мы все всегда делаем сами. Наши руки замараны кровью по самые локти.
— Это же круто!
— Вряд ли ты так будешь считать, когда тебя поведут на смертную казнь, звереныш.
Улыбка растаяла на лице мальчика. Сметная казнь благодаря стараниям Иссы внушала ему самый настоящий ужас. Но этого Исса и добивался.
— Мы не сможем тебя ничему научить. Нам с Нолом придется уехать. Навсегда.
— Вы нас бросите? — упавшим голосом прошептал мальчик, вмиг поникнув.
— Но тебе же не нужна наша защита, наша поддержка и помощь. Твоя мама больше не хочет встречаться с Нолом. Из-за тебя. Нолу больно, он уедет. А я с ним, естественно. А ты оставайся один, с матерью и двумя малышами, и делай, что хочешь. Мы навязываться не привыкли и не собираемся — не нужны, не надо. Тебе же на всех наплевать. Ты глупый и упрямый. И ведешь себя, как капризный ребенок, а не как мужчина. Ну и пусть, что сердце Нола будет разбито, и он навсегда так и останется один. Пусть страдает твоя мама. Зато твой эгоизм будет удовлетворен. Ты так жесток и несправедлив к своей маме, а ведь ты ее сын, ты должен о ней позаботиться, утешить. А ты что делаешь? Заставляешь ее всю жизнь хранить верность предателю и изменнику, который этого ничем не заслужил. Он разве хранил ей верность? Да он встречался с другими женщинами, когда вы жили все вместе, обманывал и маму, и тебя! Что же ты с него не спросил? Почему не потребовал быть верным вам? Твоей маме, которая так его любила? А теперь требуешь, чтобы она была верна ему, когда они уже не вместе и никогда не будут. Зачем? Ты думаешь, твой папа хранит ей верность? Молчишь? Нет, конечно. Он не делал этого, когда она была рядом, с ним, а теперь — и подавно не будет делать. Так зачем же ты требуешь этого от мамы? Разве мало она горя вытерпела, боли из-за твоего отца? Ты заставляешь ее страдать дальше. Зачем? Ты садист, я знаю, но издеваться над собственной матерью, которая любит тебя больше жизни — это низко. Мы не будем уважать такого человека. Никто не будет. И смотреть на это тоже не хотим. Помешать мы, конечно, не можем, если сама мама тебе это позволяет, но и смотреть на это не хотим. Поэтому мы уезжаем.
— Это правда? Вы уезжаете? — Патрик посмотрел на Тима. Тот кивнул.
— Но… как же мама?
— Так ты ж у нас такой крутой, лучше всех все знаешь — вот и разберись. Или ты только мучить мать можешь, а помочь ей — нет?
— И ты ее бросишь? — мальчик теперь смотрел только на Тима. — Бросишь в беде?
— Конечно, не бросит. Он побежит ее спасать, — снова не дал и рта раскрыть другу Исса. — А я — нет. Я не спасатель. Я помогаю только своим. Она и ты — мне никто. Вот если бы она была его девушкой — тогда другое дело. А если бы вы были его семьей, вы бы были и моей семьей. Тогда за вас я бы порвал весь мир. Но ты этого не хочешь. Поэтому я пас. Ну, давайте, идите, спасайте, а я посмотрю, что у вас получится. А без меня у вас ни хрена не получится. Правда, Нол?
Тим только снова кивнул.
Мальчик в отчаянии переводил взгляд с одного на другого.
— Я не хочу, чтобы вы уезжали.
Исса только развел руками.
— Ничего не поделаешь.
— А если я разрешу Нолу жить с нами и быть парнем моей мамы… вы останетесь?
— Ну, не знаю. Дело в том, что твоя мама его уже бросила. И она не хочет с ним быть. Потому что она думает, что ты этого не хочешь.
— Но почему не хочу? Я хочу, — Патрик посмотрел на Тима. — Ты мне нравишься. Ты хороший. Я не против того, чтобы ты с нами жил… чтобы вы стали нашей семьей. Просто я… не хочу, чтобы у мамы был новый муж.
— А он и не будет мужем. Он будет просто ее парнем. Будет ее любить. Заботиться, защищать. Разве это плохо?
— Ну… в общем, нет. Наверное.
— Он же не собирается занять место твоего папы, если ты этого боишься. Он будет для твоей мамы только парнем, а тебе — другом. Он не собирается становиться тебе папой, командовать, воспитывать и поучать — нет! Он не будет к тебе лезть без твоего на то желания. Воспитывать детей он не умеет, поучать у него тоже не очень получается. Я вот могу. Так что за поучениями обращайся ко мне, — Исса засмеялся.