Его сообщница к тому времени уже выскочила из машины и распахнула багажник.
— Быстрее! — поторопила она взволнованно.
Полицейский положил свою ношу в багажник и захлопнул крышку.
Почти одновременно они вскочили в машину, и через мгновение уже исчезли за поворотом, никем не замеченные в этот ранний час.
Кэрол очнулась в каком-то темном помещении, со связанными за спиной руками. Тонкая леска больно впивалась в запястья и, после нескольких попыток освободиться, Кэрол поняла, что это бесполезно. Сев, она напрягала зрение, пытаясь что-нибудь разглядеть, но вокруг нее была непроглядная тьма. Сюда не проникал ни один лучик света. Как будто она была в подвале.
Поднявшись на ноги, она осторожно, маленькими шагами, пошла вперед. Уже через четыре шага она наткнулась на стену. Касаясь холодной поверхности, она медленно пошла вдоль стены, считая шаги.
В помещении было холодно. Одетая в джемпер, шерстяную кофту, джинсы и домашние текстильные туфли, она почувствовала, как тело забилось в мелкой дрожи. Дрожала ли она от холода или от страха, она не могла понять.
Кто этот человек? Что ему нужно, зачем она здесь? Он знал настоящее имя Патрика. Значит ли это, что он в курсе, кто они на самом деле, или мальчик сейчас находится у них и просто из страха назвал свое настоящее имя?
Задаваясь всеми этими вопросами, она обошла помещение, нашла железную запертую дверь, на которой даже ручки не оказалось. Так же она с удивлением наткнулась в темноте на что-то мягкое. Ощупав ногой, она поняла, что это матрас и с облегчением на него села. Хоть на ледяном полу сидеть не придется. Посидев немного, она легла и закрыла глаза. Кэрол все еще ощущала себя одурманенной после препарата, который ей вкололи. Подтянув ноги и сжавшись, она сама не заметила, как задремала.
Ее разбудил лязг засова и скрип открываемой двери. Над головой загорелась лампочка, прямо в лицо ударил свет, заставив Кэрол зажмуриться.
— Ну, привет, шлюшка!
Дыхание у Кэрол перехватило, а сердце, казалось, остановилось. Не может быть!
Щурясь, она приоткрыла глаза и подняла голову, посмотрев на возвышающуюся над ней женщину.
— Ох, мать твою… — невольно вырвалось у нее, когда она разглядела обезображенное лицо.
Она не знала, что потрясло ее больше — то, что передней стояла Кейт Блейз, или то, как выглядело теперь ее лицо. Один глаз, которого, видимо не было, был прикрыт черной повязкой, кончик носа отсутствовал, рот был обезображен, напоминая порванный шрам, щеки изрыты страшными бороздами.
Не выдержав, Кэрол отвела взгляд. Смотреть на это было невыносимо.
Присев рядом с ней, Кейт схватила ее за волосы и больно дернула, поворачивая к себе ее лицо.
— Смотри, тварь! Смотри, что вы со мной сделали!
Кэрол вызывающе вперила в нее свой взгляд.
— А что сделала ты с Тимми? С Эмми? Мег? Даяной, в конце концов, которая по твоей милости потеряла свою семью и столько лет провела в инвалидной кресле? Забыла?
Отпустив ее, Кейт поднялась и ударила ее тяжелым ботинком.
— Кто из вас это придумал? Ты или твой муж?
— Я, конечно, — Кэрол скривилась от ненависти, не отрывая от нее горящего взгляда. — И как ощущения, Кейт? Какого, когда тебя рвет собака? А гореть в запертом доме?
— Скоро ты на себе это узнаешь, дрянь! Ты пожалеешь… ох, как ты пожалеешь!
— Никогда! Никогда я не пожалею, слышишь, ты, образина! Вот это морда! От женихов, наверное, отбоя нет? — Кэрол расхохоталась. — А что… в постели газеткой можно прикрыть тебя — и ничего, сойдет! Главное, чтобы газетка не сползла.
Разъяренная Кейт набросилась на нее, пиная ногами.
Кэрол сжалась, вскрикивая от ударов и смеясь одновременно, почти истерично, до слез, не в силах остановиться. Наверное, она должна была бояться. Конечно, должна, потому что живой она уже не выберется отсюда, и перед тем, как умереть, будет страдать. Кейт не подарит ей легкую смерть, в этом сомневаться не приходилось. Но выказывать перед ней страх, бояться ее — нет. Ни за что.
«Эмми, я не хочу ее бояться, дай мне силы, Эмми. Помоги мне держаться достойно. Дай мне мужества, Эмми!» — мысленно взывала она к своей подружке, пытаясь отвлечься от боли и ужаса, наполнявшего ее изнутри.
Когда Кейт ушла, она доползла до матраса и свернулась на нем клубочком. Все тело болело от побоев, сотрясаясь нервной дрожью, но она старалась не обращать на это внимания. Кейт ее не поломает. Только не Кейт. Эта вражда, оказавшаяся длинною в жизнь, так и должна была закончиться — смертью одной из них.
Кэрол любопытно было узнать, как Кейт ее нашла.