Но не это сейчас ее занимало и беспокоило. Кэрол думала о своих детях. О пропавшем Патрике, об оставленных одними близнецах. Они проснулись, а мамы нет. Наверное, они зовут ее и плачут, голодные и напуганные. Тим скоро приедет. Он позаботится о них. Позвонит Рэю, и тот их заберет. Он будет хорошим папой. Он воспитает их, а Джек никогда так и не узнает, что это ее дети. А Патрик… он не пропадет. Вернется к Джеку или Джорджу Рэндэлу. А может, останется с Иссой и Тимом, если они позволят.
Оставшись одна, в темноте, Кэрол беззвучно плакала, даже не замечая, как слезы бегут по ее щекам.
А Дженни? Что же будет с Дженни? Сдержит ли слово ее тетя, заберет ли ее к себе, или девочка попадет в приют?
Слезы медленно высохли, а отчаяние в груди Кэрол сменилось досадой и яростью.
Да что б она провалилась, эта гадина! Вылезла со своей уродливой мордой, чтобы опять сеять боль и зло.
Прав был Джек, когда говорил, что врагов нужно уничтожать.
Она через столько прошла, столько преодолела — и ради чего? Чтобы умереть от руки этой гадины? Позволить ей себя победить? Нет, она не хотела так умирать. А как же смертная казнь? Уж лучше пусть она. Только не Кейт. Страшная ненависть и злость росли в Кэрол, вытесняя страх. Внутри все кипело и бурлило, отчего она даже согрелась.
Когда Кейт вернулась, Кэрол ее встретила бесстрашным взглядом, полным неприязни.
Но, увидев, с кем пришла Кейт, Кэрол почувствовала, как все внутри заледенело от ужаса. На поводке она держала какую-то дворнягу.
— Что это? — усмехнулась Кэрол, не показывая своего страха. — Ротвейлеры тебе больше не нравятся после того, как один из них подпортил тебе личико?
— Нет. Просто челюсти ротвейлера принесут тебе больший вред, чем мне сейчас нужно. А эта псина лучше подойдет, чтобы над тобой поиздеваться, — Кейт ослабила поводок, но из рук не выпустила. — Взять!
Собака с рычанием набросилась на Кэрол. Вскрикнув, та сжалась, спрятав лицо в коленях. Связанные за спиной руки не позволяли защититься. До нее донесся издевательский хохот Кейт. Сцепив челюсти, Кэрол старалась не кричать, лишь вскрикивала каждый раз, когда острые зубы впивались в ее тело. Крепко держа поводок, Кейт контролировала собаку, то оттаскивая ее от жертвы, то снова позволяя укусить.
Натешившись, она подтянула поводок и окинула Кэрол внимательным взглядом.
— На сегодня, пожалуй, хватит. Завтра продолжим развлечение.
Та не ответила, неподвижно сидя на матрасе и продолжая прятать лицо на коленях.
Когда дверь за Кейт закрылась, Кэрол осторожно опустилась на матрас и беззвучно зарыдала.
— Пошла к черту, мразь! Я не боюсь тебя. Не боюсь.
Кэрол потеряла счет времени, находясь в темном подвале.
Измученная и истерзанная, она не знала, сколько прошло дней и ночей с тех пор, как она здесь оказалась.
Руки ей освободили, и теперь она была за ногу прикована цепью к кольцу в полу. Длина цепи составляла всего метра полтора. Как у собаки, рядом с ее матрасом стояли две миски, для воды и еды. Так же ей любезно предоставили ведро. Ей даже дали одеяло, чтобы она не околела.
Кэрол послушно съедала все до крошки из того, что ей давали, чтобы не потерять силы. Теперь, когда руки у нее были свободны, она лелеяла мечту дотянуться до Кейт. И побороться за свою жизнь. Ее сообщник, который переоделся в полицейского, чтобы ее похитить, показывался только один раз в день, чтобы принести еду, воду и опорожнить ведро. Кэрол не пыталась на него напасть, понимая, что с цепью на ноге, израненная, она не имеет шансов против мужчины. Вот Кейт — другое дело. Как дикий зверь, посаженный на цепь, она зорко выжидала момент, когда Кейт оказалась бы в ее досягаемости. Кэрол была полна решимости. И плевать, если ее сообщник после этого ее убьет, но она утянет Кейт за собой. Пусть ее убьет этот человек, только не она, не эта мразь. Кэрол готова была на все, вплоть на то, чтобы перегрызть ей горло зубами.
Издевательства Кейт только разжигали в Кэрол злобу и ненависть, подобно которым она никогда еще не испытывала, вытесняя всякий страх. В своей ненависти она пыталась найти забвение, упрямо игнорируя страх и боль.
Как-то Кейт зашла, чтобы сфотографировать ее.
— Что ты делаешь? — спросила Кэрол почти равнодушно, когда та, нацелившись на нее фотоаппаратом, без предупреждения щелкнула.
— На память, — Кейт неприятно усмехнулась и ушла, снова оставив Кэрол в кромешной темноте.
***
Вспышка яркого света разбудила Кэрол, заставив зажмуриться и спрятать лицо в матрас.
Скрипнула дверь, раздались тяжелые шаги и натужное дыхание.