Когда же он очнется? И что тогда будет?
Вроде бы она его не боялась больше, он был прикован к стене и ничего не мог сделать, но почему-то сердце ее все равно выпрыгивало из груди, а руки дрожали. Она не думала, что когда-нибудь окажется с ним рядом. А пришла эта гребанная Кейт, будь она проклята, и заперла ее с ним в одной комнате. Столько времени прятаться, скрываться, столько усилий, слез, страха — и все впустую!
По расчетам Кэрол прошло часа два.
И вдруг, наконец, она услышала, как звякнули звенья цепи. Он пошевелил ногой, догадалась она.
Следом резко дернулись кольца, вбитые в стену, тоже зазвенев.
Тишину пронзили яростные ругательства, которые вырвались у него сквозь стиснутые от злости зубы, судя по звуку. Кэрол крупно вздрогнула, но не пошевелилась, едва дыша, как можно тише, чтобы он не услышал. Зато сама расслышала его тяжелое дыхание.
Несколько минут он отчаянно звенел своими оковами, пытаясь вырваться, сопровождая свои попытки таким матом, какого Кэрол от него не слышала никогда в жизни. Потом он как-то резко замер, перестав дергаться. Кэрол расслышала тяжелый протяжный вздох.
— Вот дьявол… — прошептал он чуть слышно, уже без ярости, с досадой и огорчением.
Некоторое время он не двигался. Кэрол показалось, что он прислушивается.
— Есть здесь кто? — тихо спросил он.
Кэрол сжалась, едва дыша.
Джек снова вздохнул. Он больше не дергался, тихо сидя в ожидании, когда появятся те, кто его сюда посадил. Кэрол продолжала лежать неподвижно, стараясь дышать как можно тише.
Прошел еще как минимум час, прежде чем за дверью послышались шаги.
Джек пошевелился, зазвенев своими оковами.
Кэрол, понимая, что прятаться уже нет смысла, и он все равно ее сейчас увидит, отвернулась к стене и натянула по самую макушку одеяло.
— Кто здесь? — сразу же окликнул он, услышав ее. — Кэрол? Рик?
Кэрол тяжело задышала под одеялом. Он знал! Вот почему он оказался здесь. Эта мразь сообщила ему, что они живы. И, наверно, заманила в ловушку.
А мгновение спустя снова вспыхнул свет. Скрипнула дверь.
— А-а, очнулся, — раздался насмешливый голос Кейт.
Джек ничего не ответил.
— А ты чего спряталась? Поздороваться с мужем любимым разве не хочешь?
В ту же секунду одеяло было сорвано с нее и отброшено в сторону. Но Кэрол осталась лежать в том же положении, даже не пошевелившись, почти физически ощущая на себе взгляд Джека.
— Гляди-ка, не хочет, — хохотнула Кейт. — Не очень-то она рада вашей встрече, Джек.
Кэрол невольно вскрикнула от неожиданности, когда кнут вдруг стеганул ее по плечу.
— А ну, встала и повернулась сюда! — гаркнула Кейт.
Прикрыв голову ладонью, Кэрол упрямо поджала губы, стиснув челюсти.
Разъяренная Кейт снова ударила ее, потом еще и еще. Сжавшись, Кэрол дергалась от каждого удара, но больше не издала ни звука. Дверь вдруг снова скрипнула.
— Хватит! — раздался резкий голос ее сообщника.
— Не лезь! Отпусти мою руку! Ты что? — задохнулась Кейт. — Заступаешься за нее? Жалко стало? С чего это вдруг?
— Она встанет, — спокойно ответил он.
Кэрол подхватили сильные руки и оторвали от матраса, заставляя встать.
Кэрол выпрямилась, вызывающе вздернув подбородок, устремив на Кейт горящий ненавистью взгляд. Мужчина стоял рядом, крепко стиснув пальцами ее локоть. Кэрол отступила от него на шаг в сторону, с отвращением выдернув руку. Она чувствовала и даже видела боковым зрением, как смотрит на нее Джек, но сама к нему не поворачивалась, упрямо не желая смотреть в его сторону.
— Она меня не интересует, — резко сказал Джек, подав, наконец-то, голос. — Можете отпустить, пусть забьется в свой угол и сидит там дальше. Где мой сын?
Кейт удивленно и даже разочарованно посмотрела на него.
— Вот те на! И ты тоже не рад вашей встрече? Надо же, и зачем я тогда так старалась ее устроить? — с наигранным огорчением сказала она, но в глазах ее была насмешка. — А как же ваша любовь? Пресса до сих пор говорит о твоей любви к погибшей жене, о том, как ты по ней убиваешься. Врут? Я вернула тебе ее с того света, а ты даже не рад?
— Излишние хлопоты. Можешь отправить ее обратно. Я уже как-то привык ходить к жене на могилку. А я не люблю менять свои привычки.
Кейт удивленно, с недоверием смотрела на него, потом резко рассмеялась.
— Ну и козел же ты, Рэндэл! Наверное, не зря она от тебя сбежала, — она повернулась к Кэрол и издевательски изогнула единственную сохранившуюся бровь. — Мне даже как-то обидно за тебя, Кэрол. Слышала? Он предпочитает, чтобы ты и дальше оставалась мертвой. Не против, если я тебя убью. Обидно? Каково это, а? А ты, небось, воображала, что он и вправду по тебе убивается? Думала, он тебя любил? Такую, как ты? Да я еще тогда в это не поверила. Тебя-то? — в голосе ее прозвучало невообразимое презрение и отвращение.