Дженни боялась его, но это понятно. Он чужой ей, она его не знает. Это пройдет, и этому Рэй значения не придавал. Он помнил, что Кэрол тоже поначалу испугалась, но очень быстро прониклась к нему доверием, перестала опасаться, еще до того, как они приехали в Сан-Франциско. Они легко подружились. С Дженни будет также, он был уверен. Даже малыши его сразу приняли, как родного, словно знали, что он им не чужой. А теперь называли его папой. И Рэй успокоился, перестал тревожиться из-за того, что теперь ему придется заботиться еще и о чужом ребенке. Дженни ему понравилась, с ней проблем не будет, он сразу это понял. К тому же она оказалась почти уже взрослой девушкой, а не ребенком. Уж возиться с ней точно не придется. Рэй выбрал для нее комнату и поручил Дороти ее приготовить. Старушка, конечно, немного опешила, что у них появится еще один жилец, но, узнав, что эта девочка протеже Кэрол, с готовностью и даже радостью принялась за работу, счастливая от того, как ожил их дом, до того такой пустой, тихий, словно безжизненный. Детский смех и крики вмиг разогнали всю тоску и безрадостность их дома. И Дороти только порадовалась тому, что здесь появится еще один ребенок. Ничто не могло так оживить и наполнить этот огромный пустой дом, как дети. А вместе с домом — и их с Рэем сердца.
По дороге заехав в первый попавшийся ресторанчик, они плотно поужинали и, захватив с собой торт, поехали домой. Пока Рэй доставал спрятанный ключ и отпирал дверь, Патрик подбежал к соседнему дому, потарабанил в дверь, в окна.
— Нол! Исса! Вы здесь? Это я! Рик!
Ему никто не открыл. Огорченный и поникший, мальчик вернулся и вошел в дом, где его ждали Рэй и Дженни.
— А где Нол? — спросила последняя. — Разве он не с вами? Не с Кэрол?
— Нет, — буркнул Патрик. — Он… тоже заболел.
— Ты его знаешь? — полюбопытствовал Рэй, взглянув на девочку. Та кивнула.
— Он приезжал ко мне в пансионат. Два раза. Сначала с Кэрол и Патриком, потом только с Патриком, когда Кэрол пропала. Что с ним случилось, Рик? — Дженни пытливо смотрела на мальчика. — Расскажи. Он не похож на парня, который может заболеть.
— Заболел… его ранили. Когда мы освобождали маму.
— И где же он сейчас?
— Я не знаю.
— Как это? Почему?
— Он пропал. Его забрал Исса, его друг. Я надеялся, что они здесь. Но их нет.
— А где же они могут быть?
— Я не знаю. Они прячутся.
— От кого?
— От моего папы.
— Но… я думала, что у тебя нет папы.
— Он есть, всегда был, только мы с ним не жили… последние два года. Так получилось.
Дженни замолчала, смотря на него растерянным, ничего не понимающим взглядом.
— Так, давайте, раздевайтесь, будем пить чай с тортом. У вас будет целый вечер, чтобы все обсудить, — Рэй снял куртку, обувь и отправился на кухню поставить чайник. — Бр-р, ну и холодина тут! Как здесь люди живут?
— Пойдем, я покажу тебе твою комнату и вещи, — Патрик взял Дженни за руку и повел за собой. — Мы с мамой так старались, готовили для тебя эту комнату… и все псу под хвост. Все с ног на голову перевернулось, и все из-за этой чертовой Кейт Блейз. Разнесла все к чертовой матери почище атомного взрыва. Теперь не знаем с мамой, как назад собрать всю нашу разлетевшуюся жизнь. Но ничего, не переживай, мы справимся, мама справится, ей не впервой.
Дженни понравилось все, что для нее купила Кэрол, и она не захотела ничего здесь оставлять. Патрик собрал все свои фигурки в большую коробку. Рэй по поручению Кэрол упаковал все фотографии, журналы с Мэттом, кое-что из ее вещей, забрал наличные деньги из сейфа и новые фальшивые документы, которые могли еще пригодится, как была уверена Кэрол.
Патрик все-таки еще раз наведался в соседний дом, на этот раз войдя внутрь. Ключ от дверей он не нашел на том месте, где его всегда оставляли Нол и Исса, но сумел вскрыть замок, как научил его Исса. Комнаты были в беспорядке. Патрик понял, что Исса в спешке собирал вещи. Вокруг дивана в гостиной валялись окровавленные простыни и полотенца. Значит, он все-таки привез Нола сюда, вытащил пули, а потом увез его, не потрудившись за собой прибраться. Видно было, что он очень торопился. Сюда они больше не вернутся. Никогда.
Несколько минут Патрик стоял посреди этого хаоса, разглядывая все сквозь застилавшие глаза слезы, вспоминая этих двоих и все то время, что они провели вместе. Никогда этого больше не будет. Не вернуться они сюда, в эти дома, ни он с мамой, ни они, не будут снова все вместе, как одна семья.
Тяжело вздохнув, Патрик отвернулся и ушел, тщательно прикрыв входную дверь. Сердце его щемило такой тоской, что только теперь он осознал, как привязался к этим двоим, как привык к тому, что они рядом. Он задавался вопросом, почему у взрослых все так сложно? Зачем мужчины влюбляются в чужих жен, как Рэй и Нол? Как было бы хорошо, если бы Рэй оставался просто Рэем, как раньше, а не влюбленным в мать отцом лисят, а Нол был бы дальше ей простодругом. Тогда не было бы крови, вражды, лжи и тайн. Мама могла бы быть с папой (когда Луи научит, как защитить его от проклятия), дружить с Нолом и Иссой, а папа бы не враждовал с Рэем, не ревновал бы к нему. И все было бы просто и хорошо. Но нет, этим взрослым надо все испортить, усложнить, перессориться, запутать так, что потом не распутать. Мама тоже молодец, натворила дел, папа, Рэй, Нол… сама теперь запуталась среди них и что делать не знает. Понятно, что с Нолом она связалась ради того, чтобы папу спасти. Понятно, что захотелось отомстить папе — но зачем с Рэем? Тем более, если знала, что он ее любит! Не могла отомстить с кем-нибудь посторонним, что ли! И как-нибудь поосторожнее, не забеременев при этом!