— Джек дома? — спросила она у Норы.
— Нет, еще не приезжал.
— Тогда проводи ее в его кабинет, я там с ней поговорю.
Кивнув, Нора удалилась.
Вздохнув, Кэрол подошла к зеркалу и, взяв расческу, причесалась. Под пеньюаром не были видны следы ее побоев, поэтому она не стала переодеваться, изменив своей привычке не выходить из спальни в таким виде. Она плохо себя чувствовала, все тело болело, в синяках, ссадинах и открывшихся после побоев ремнем ранах, и все это отбивало в ней всякое желание переодеваться.
Обувшись, она вышла из спальни и спустилась вниз.
— В кабинет что-нибудь подать? Может, кофе? — услышала она голос Норы, и с удивлением отыскала ее взглядом. Та стояла под лестницей, смиренно сложив руки на животе, как идеальная прислуга. Кэрол усмехнулась про себя, поражаясь такой перемене в ней. Надо же, почтения от этой женщины можно было, оказывается, добиться только, внушив ей страх.
Молча кивнув ей, Кэрол направилась в кабинет. Поведение Норы не вводило ее в заблуждение. Она знала, чувствовала и видела, что та по прежнему ее ненавидит, считает психопаткой, а потому просто боится спровоцировать на агрессию, оттого и весь этот цирк. И Кэрол на самом деле не собиралась ей больше ничего спускать, даже неуважительного отношения. Пусть держит при себе свои эмоции, они никого не интересуют, и знает свое место. Иначе она своими руками ткнет ее мордой в это место. Ткнет так, что размажет по этому месту ее кровь, чтобы раз и навсегда его запомнила.
— Если будешь подслушивать под дверью, я тебе уши отрежу, поняла? — обернувшись, окликнула ее Кэрол. Сжав плечи, та кивнула, поспешно удаляясь. Кэрол проводила ее злым взглядом. Ей вовсе не хотелось, чтобы эта стерва передала Джеку ее разговор с Деборой, о чем бы он ни был. Ничего из того, что она могла обсуждать с Деборой, не должно было дойти до Джека. Особенно то, что Рэй или Касевес были в курсе того, что она не погибла в аварии. С Касевесом Кэрол еще не виделась, он находился в санатории на лечении, но вскоре должен был уже вернуться. Кэрол с нетерпением ждала этого. Ей так хотелось увидеться со старым другом.
Войдя в кабинет Джека, Кэрол плотно прикрыла за собой дверь. И встретилась с холодным враждебным взглядом Деборы Свон, расположившейся в кресле напротив стола.
— Прийти сюда — очень плохая идея, — проговорила Кэрол, подходя к ней, и опустилась в кресло рядом. Закинув ногу на ногу, она поправила соскользнувшие полы пеньюара и подняла на Дебору твердый прямой взгляд. Было время, когда она не могла выдерживать такие прямые взгляды, глаза в глаза, но то было раньше, когда она думала, что ей есть, что скрывать и чего стыдиться перед людьми. Теперь она так не считала. Теперь ей было наплевать.
— Плохая идея — это вернуться, Кэрол, — парировала Свон резко.
— Я не возвращалась. Меня вернули, силой и против моей воли.
— Джек нашел тебя? Но как? Как ты могла попасться? Мы все сделали, чтобы помочь тебе, а ты все равно все провалила! Неужели так тяжело было сидеть тихо и не высовываться? — Свон вцепилась пальцами в подлокотники, розовея от гнева и не в силах справиться с эмоциями.
— Я так и делала! Я не поняла, ты в чем меня упрекаешь? К чему этот наезд? Я не попадалась, меня ему выдали, поняла? Думаешь, меня это радует? Посмотри, как я радуюсь, оказавшись в руках Джека! — подскочив, Кэрол торопливо развязала пояс и распахнула пеньюар, без всякого смущения продемонстрировав обнаженное тело, на котором под халатом были только трусики.
Дебора пораженно уставилась на ее тело.
— Боже… чем это он тебя так?
— Ремнем, — Кэрол фыркнула, запахивая халат и нервными движениями завязывая пояс.
— Вот зверь!
Казалось, Дебора растерялась после увиденного. Замолчав, она некоторое время задумчиво сидела в кресле. Кэрол тоже молчала.
— Что собираешься делать? — наконец, прервала молчание Дебора, снова посмотрев на нее.
— Я пока не знаю. Что я могу сделать? Ты видела, какая теперь охрана?
Дебора кивнула.
— А Джек? Что собирается делать он?
— Думаю, он планирует от меня избавиться так, чтобы перед Патриком не запачкаться. И чтобы он остался с ним.
— Это как же?
— Отправит меня в дурдом. Навсегда. Так что можешь расслабиться. Оттуда я уже не вернусь.
— Почему ты так решила?
— Он сам мне это сказал. Но я и так это знаю. Он ненавидит меня. Он не убил меня только из-за Патрика. Он никогда не простит меня.