Потом упала на зад и, положив руки на согнутые колени, уткнулась в них лицом.
Она не знала, сколько она так сидела.
— Ах, сынок, что же ты наделал! — вздохнув, она склонилась над телом и выдернула нож. Вернувшись на кухню, открыла кран и тщательно его вымыла. Потом положила на место.
Оглядев себя, она обнаружила на одежде кровь.
Она могла бы попытаться уничтожить все следы, но если у нее не получится? Если она что-то упустит? Если Патрик тоже где-то «наследил»? Нет, она не могла так рисковать и надеяться на счастливый случай. Не должно быть ни одного шанса на то, чтобы полицейские обнаружили что-то, что вывело бы их на Патрика или на нее.
«Почему мне не позвонила? — снова всплыли в ее памяти слова Джека. — Я бы все сделал так, чтобы никто к тебе не подкопался. Мне легче не позволить тебе угодить за решетку, чем вытащить оттуда!».
И Кэрол решительно отправилась на поиски телефона. Но остановилась. Нет, отсюда звонить нельзя.
Отыскав в прихожей сумочку Деборы, Кэрол нашла кошелек и вытащила оттуда несколько монеток. Осторожно выглянув на улицу, Кэрол убедилась в том, что там по прежнему никого нет, вышла и, закрыв дверь, стащила перчатки и спрятала за куст.
По дороге сюда в паре кварталов она видела телефонную будку.
Кэрол добежала до нее, никого не встретив, и, закинув монетку, набрала дрожащими пальцами номер. Джек был единственный, у кого в спальне был телефон. Еще телефоны были в кабинете и в холле. Это значит, что ночью первый возьмет трубку именно Джек, если он, конечно, был дома и находился в своей спальне. В их спальне.
Она не ошиблась. Трубку действительно снял Джек, ответив сонным недовольным голосом.
— Джек! Случилась беда! Мне нужна твоя помощь!
— Какая беда? — хрипло пробормотал он. — Ты где?
— Я в паре кварталов от дома Деборы Свон, в телефонной будке…
— Где?! Но что ты делаешь… — он запнулся, видимо, взглянув на часы, — в два часа ночи у дома Свон? Ты должна быть в больнице! Где Коул?
— Я… я его ударила по голове… — она замолчала, услышав на том конце провода ругательства. — Джек, пожалуйста… не сердись сейчас… просто выслушай меня!
— А я что сейчас делаю? Кэрол, что опять происходит?
— Джек… дело в том… дело в том, что она мертва. И мне… мне нужна твоя помощь. Ты понимаешь, о чем я?
— Кэрол… ты что, убила ее? — прохрипел он пораженно, с ужасом, как показалось Кэрол.
— Джек, я не хотела, так получилось. Я все объясню. Только… сейчас я не знаю, что делать.
— Ничего не делай. Абсолютно ничего, поняла? Вернись туда, осторожно, чтобы никто не видел, запри дверь и жди меня. Никому не звони, никому не открывай. И ничего там больше не трогай. Просто сядь и жди. Ясно?
— Да, Джек, я поняла, — она расслышала, как тяжело он вздохнул в трубку, прежде чем прервал связь. Кэрол оторвала кусок ткани от блузки и тщательно вытерла трубку, потом кнопки и ручку двери.
Вернувшись в дом Деборы, она заперлась и, присев на стул прямо в прихожей, стала ждать.
Она решила не рассказывать Джеку, что Патрик здесь был. Он отправит мальчика к психиатрам, возможно, даже положит его в больницу. Джек будет шокирован тем, что сделал сын, и не известно, к каким мерах прибегнет. А отправлять мальчика в сумасшедший дом нельзя. Там ему не помогут, только навредят. И озлобят. Он перестанет им доверять. Ей. И тогда она потеряет его и не сможет ему помочь. А она должна. Должна уберечь его от того, на что он обречен. А меры, которые мог предпринять Джек, не веря в их проклятие, могли сделать только хуже.
Ее размышления прервал вой сирены.
Не поверив своим ушам, Кэрол подскочила и выглянула в окно.
У дома притормозила полицейская машина, потом еще одна.
Кэрол отпрянула от окна, задернув занавеску.
Не может быть! Этого не может быть!
Наверное, кто-то из соседей заподозрил неладное и вызвал полицию. Но почему они примчались сразу с сиренами, и не одна машина, а две? Нет… больше, Кэрол расслышала приближающийся вой еще по меньшей мере двух машин.
Джек… это сделал Джек? Но он не мог! Не мог!!! Или мог?
— Конечно, мог, а то ты не знаешь! — раздался у нее в голове насмешливый старческий голос. — Я же говорил — не лезь! Говорил!
Придя в себя, она со стоном отчаяния бросилась через весь дом к задней двери, но когда распахнула ее, в лицо ей уставилось дуло револьвера.