Мы не мешкали. Да, я мог растеряться, понимая, что план летит в тартарары, но тем не менее ни на секунду не останавливал бег отряда. Теперь у меня осталось всего шесть подчиненных, но это не меняло моих замыслов. Зов филактерии стал без этого магического фона более отчетливым, я чувствовал ее гораздо сильнее. Сосуд цел, и скоро я открою его. Что значит эта псевдожизнь нескольких сотен зомбаков по сравнению с моей свободой?
Интересно, что стало с людьми, взорвавшими заряд? Я нисколько не удивлюсь, что они, в порыве патриотизма, взорвали его вместе с собой, выступив в качестве приманки для моих зомби. Впрочем, я также не удивлюсь, узнав, что люди выжили, придумав какую-то хитрость.
События стали развиваться стремительно. Мой авангард, три моих рыцаря смерти, преодолевая овраг, наткнулись на людей.
Наверно, это моя ошибка, что я сделал своих суперзомби такими самостоятельными. Да, я не мог управлять ими так, как любым из обыкновенных живых мертвецов. Мои создания абсолютно самостоятельны. Они верны мне, преданны как собаки, но распоряжения отданные им, выполняются по их разумению. А какое может быть разумение у создания, созданного для убийства?
Я не просчитал все, это мой личный и персональный грех в той бесконечной череде грехов, которые я совершил, и, видимо еще неоднократно совершу.
Но в данный момент, мой личный убийца, с хладнокровием мясорубки, перемалывающей сочный кусок мяса, крошил в труху человека. Человек был хорош, чертовски хорош. Он сумел увернуться от нескольких выпадов рыцаря, и даже отрубил ему одну из кистей. Но четыре руки вместо двух, плюс невероятная сила ударов, заставили его пропустить прямой удар в живот. Человек дрогнул, замешкался на секунду. И этого было достаточно — руки Лихо, с зажатыми в них клинками, с равнодушием механизма рубили уже мертвое тело.
Бежавший чуть позади человек, в отчаянной попытке затормозить, падает на землю, и не разворачиваясь, задом пятится подальше от чудовищ возникших у него на пути. А из оврага уже поднимаются Зеленый с Первым и они тоже жаждут крови. И моя магическая связь почти не действует — мы уже вошли в тот «антимагический» конус. Да, мы находились с самого краю, и я чувствую рыцарей смерти, но они находятся на сорок-пятьдесят метров ближе к центру взрыва, и, похоже, совсем не слышат меня. И вот я уже в голос кричу им, но ветер относит мой крик.
То, что я принял за испуг, оказалось совсем другим. Человек с остервенением вцепившись во что-то висевшее у себя на груди, поднялся и с отчаяньем безумца шагнул вперед навстречу моим созданиям. Он вздернул вверх то, что так судорожно сжимал в руках, это оказалась книга, и рывком открыл ее прямо перед занесенными клинками. Луч света, белый как свежевыпавший снег, вырвавшийся из раскрытой книжки насквозь проткнул Лихо. Почти трехметровый рыцарь смерти, для создания которого я убил двух орков, бесформенной грудой мяса повалился на землю. Тело созданное из разных кусков, разваливалось на части. Магия не могла больше поддерживать его целостность.
Человек, чьи глаза теперь были так же белы как и луч, повернул книгу в сторону Первого. Мое создание было слишком глупо, чтобы почувствовать опасность. Он все еще шагал в сторону человека. Луч, словно лазер, разделил его пополам. Отпали руки, упало и развалилось на несколько кусков тело, ноги постояв пару секунд, сложились в коленях.
Зеленый был гораздо сообразительней. Сразу после смерти Лихо он бросился в сторону, противоположную лучу. Шансов убежать у него не было. Единственная возможность избежать гибели — уничтожить источник опасности. И, пока человек занимался разложением Первого на составные, успел вплотную подбежать к нему.
Зеленый вложил в свой первый удар всю мощь своего неживого тела. Удар должен был разрубить врага напополам. Здоровенный орочьий топор, чей иззубренный клинок помнил плоть демонов, с размаху встретился с плечом человека, и также с размахом отскочил. Человек с белыми глазами, посмотрел на громадную тушу рыцаря смерти. Протянул руку, дотянувшись ладонью до тела рыцаря смерти. Убрал руку.
Рыцарь смерти развалился.
Я привык доверять своим глазам. Если я что-то вижу, то, значит, это и происходит. Я смотрел на происходящее обычным зрением, смотрел магическим. И мне все сильнее хотелось закричать: «Да как так-то?».
Там, где сейчас происходило изничтожение моих творений, не было никакой магической энергии. Любая волошба, будь то сотворение безобидного огонька, или создание заклинания, разрушающего континент, порождает выплески в пространство магической энергии. Заметить ее очень легко, а скрыть невероятно трудно. Только маги высших ступеней могут маскировать выбросы энергии в пространство. Да и то, такое укрывание сработает только с магами низших рангов. Я являюсь личем весьма высокой ступени, со мной такое не пройдет.