Впрочем, служителей церкви, истинных служителей, таким не прошибешь. Егор даже знал, что скажет на все это Федор — на все воля Божья.
Врата искрились. Мелкие, ветвящиеся световые паучки-молнии разбегались от них по земле в разные стороны. Они соскакивали с неоструганных палок, что обозначали края портала, и, словно тараканы, которых застали ночью посреди кухни, стремительно исчезали в траве, под невысоким забором, прятались под сапогами встречающих магов.
Маги шептали заклинания, обеспечивающие стабильную работу врат, и невольно пятились. Такого на их памяти еще не было. Даже когда войска вторжения прибывали на эту планету, портал не работал с таким натягом.
Встречать новые войска пришло все командование во главе с Андер Терлеем. Военачальники полукругом расположились подле врат, и, с некоторым нетерпением ожидали прибытия. Сзади выстроились солдаты с флажками в руках — их задача развести прибывающие полки по местам дислокации, не допустить ненужной путаницы и столпотворения.
К треску добавился гул. Низкий, трубный звук разнесся по долине, запутался в высоких башнях замка, вспугнул стаю местных птиц и затух где-то там, в бескрайних лесах.
Напряжение нарастало, теперь все в лагере с интересом смотрели в сторону источника звука. Что то большое шло с той стороны.
И, наконец, пространство, вспучившись, разорвалось. Последняя искрящаяся молния в испуге убежала от огромной металлической ступни, которая блеснув в свете местного солнца, величественно опустилась на землю. Механос, могучий, несокрушимый Механос, прорывался сквозь пространство. Металлический торс тысячелетнего механизма покрыт гномьими рунами. Их настолько много, что они образуют сплошной узор на корпусе великана. Крупные рубины, сияющие магическим светом, расположенные в ключевых местах подчеркивают мощь Механоса.
Сотрясая, казалось, само пространство, механический великан вышел из портала. Гном, сидящий внутри робота, отпустил рычаги управления, взглядом оценивая место прибытия. Увидел размахивающего красным флажком своего собрата по расе, который указывал место размещения и вновь взялся за рычаги. Механос неторопливо пошел в сторону размещения. Впрочем, его кажущаяся неторопливость весьма обманчива. Самый быстрый эльф вряд ли смог бы обогнать гномье творение.
А за первым Механосом из врат уже вышагивал второй. Затем третий, пятый… И вот уже десятый металлический гигант вышагивает из врат, давя своей мощью тонкую материю, связывающую два мира воедино.
Целый полк механических воинов прибыл в этот мир. Андер Терлей гордился собой — под защитой Механосов чувствуешь себя гораздо спокойнее.
Но прибытие войск еще не закончилось. Ровными рядами, закованными в серую, небликующую броню из портала выходят эльфийские воины. Развевающийся на ветру флаг о многом сказал Андер Терлею. “Дубовый лист” — полк боевых магов. Штурмовое подразделение, давно ставшее легендарным. На их счету разгром базы демонов в Темном ущелье, оборона Порта трех миров и просто множество, огромное множество других битв. Воины этого полка не отличались высокой магической силой, но большой опыт, прекрасное взаимодействие с товарищами и четкое распределение обязанностей на поле боя делали из них поистине великолепных бойцов.
“Лучники межмирья”. Следующий полк вышагивающий из портала, заставил Андер Терлея захлебнуться от восторга! Славный путь этого полка выбит в камне на Аллее Вечных. Превосходные стрелки которые часто заканчивали битвы еще до того, как войска успевали сходится в рукопашной схватке — они их просто уничтожали на подходе. Всех, полностью.
“Клыки Эгра” — это уже орки. Зеленые великаны в толстенных доспехах. Очень грозные воины.
И еще множество великолепных воинов. Десять полков пришли в этот мир. Эльф-командующий гордился собой — он превзошел поручение Корр Терлея. С такими войсками война против людей можно считать уже выиграна.
Правда, вот небо… Андер Терлей с тоской и некоторым ужасом смотрел на алые полосы на небе. Они сулили проблемы, большие проблемы. И эльф надеялся, что прибывшие войска помогут решить их.
Но не только командующий с тревогой смотрел на небо. Гном, сидевший в повозке снабжения, что последней вынырнула из врат, в изумлении вздернул кустистые брови. Все гораздо хуже, чем ему докладывали…
За последнее столетие Корр Терлей трижды проходил процедуру полного лечения. Это весьма и весьма неприятное действо. Впрочем, выбора в этих случаях просто нет. Вот и в этот раз Корр Терлей чувствовал, что умирает. Да, он закрыл все свои раны, очистил кровь от гноя, срастил переломы. Но он тем не менее умирает. Тот, чудовищной силы взрыв, что в мгновение ока сжег его боевых товарищей, что-то сделал с ним. Что то, от чего он не может самостоятельно излечиться.