Это была так, разведка боем. И полученная информация совсем не радовала. В противостоянии сила против силы, я конечно же, не смогу победить. Он раздавит меня, даже не поморщившись.
А вот и ответочка.
Я почувствовал движение силы, мгновенную вспышку, за которой сразу же последовал удар. Мощнейший, зубодробящий, крышесносящий, чисто силовой удар. Никаких стихий, никаких магических школ, никаких премудростей. Чистая магия, чистая сила. Эльф, видимо, решил не заморачиваться с плетением заклинаний, он захотел покончить со мной сразу, нахрапом. Не напрягаясь.
Не выйдет.
Такой удар мои щиты вряд ли бы выдержали. Ага, я поставил еще пару щитов, потому что много защиты не бывает. Вот только я успел кинуть за мгновение до удара волнолом. Достаточно высокоуровневое заклинание для защиты от каменных завалов, селей и прочего. И, как оказалось, в это «прочее» входит и защита против огромных потоков энергии тоже. Волонолом рассыпался на куски, но перед этим успел рассечь этот поток надвое и направил большую часть энергии в стороны. Оставшаяся магия с хрустом сломала мой первый щит, но вот на втором остановилась, иссякла.
Баюн был мертв. Наверное. По крайней мере Егор так думал. Потому что верхняя половина суперзомби обгорелой головешкой валялась где-то среди травы. Правда вот нижняя…
Нижняя часть, то бишь ноги и часть торса, весьма активно бегала по полю. Спотыкалась, падала, но через какое то время поднималась и опять продолжала ходить, бегать и скакать. Как к этому относится Егор не знал, поэтому считал что Баюн все же жив. А ноги… ну что ж, курицы вон тоже бегают, когда им головы рубят.
Второй был уничтожен одним из первых. Глупый зомбак, почти начисто лишенный каких-либо магических способностей, тупо попер на противников-эльфов, и те не долго думая, нашпиговали его стрелами, которые потом все сразу взорвались внутри его тела. И видимо взорвались как-то неудачно для Второго, потому что он как упал, так больше и не вставал.
Горыныч был более успешен. После совместной атаки с Баюном и Егором на группу боевых магов, когда одного эльфа пристрелил Гранит, второго просто порвал пополам Баюн, а голову третьего Горыныч вбил в плечи, несмотря на поставленный щит, они не совсем удачно разбежались, от брошенной магической звезды. Одним своим лучом звезда зацепила Баюна, отчего верхняя часть его отсоединилась от нижней, а потом она взорвалась. И вот тут низ Рыцаря смерти и продолжил свое движение вперед, в отличии от загоревшегося верха.
Егора же взрыв оглушил на, если верить внутреннему таймеру, сорок три секунды, которые он провалялся рядом с тлеющим зомби. Когда же капитан очнулся, Горыныча след простыл, а над ним стоял маг-эльф в черном балахоне. Стоило Граниту открыть глаза, как тот сделал пасс рукой, и шею человека сдавила невидимая удавка. Воздух еле-еле с громким сипом проходил через сжатое горло, а эльф что-то зло шипел на своем языке. Егор не понимал эльфийский, но тут уловил смысл: «Будешь дергаться — умрешь».
Можно сказать, что они проиграли. Да, сопротивление еще продолжалось, где-то бегал Горыныч, призывая хлесткие молнии, Лич вон еще тягался с главным эльфом. Но вот только неживой уже лежит на спине, вытянув руки вперед, а эльф же стоит над ним, также вытянув руки, между ними пролетают синеватые всполохи, и видно, что мертвяк держится из последних сил. И как только Лич проиграет, Горынычу тут же придет конец — убежать далеко от хозяина без его приказа он не сможет. Значит пойдет в лобовую атаку. И, конечно же, главный эльф раздавит его как букашку.
Глаза Корр Терлея горят адским огнем. Кончики пальцев горят адским огнем. Он силен! Очень силен. А мои силы уже на исходе. Тонкая ниточка силы, которую я успел привязать к себе в начале боя не успевала восстанавливать мой запас маны.
Эльф разозлился. Я видел тогда, давно, когда он еще был моим хозяином, его в ярости, когда он, чтобы выместить злость, сжег несколько десятков зомби. Дак вот, та ярость была ничем по сравнению с его нынешним состоянием. Он ненавидел нас, людей, настолько сильно, насколько это возможно. Он видел перед собой врага и желал его уничтожить. Любой ценой.
Он давит меня. Чистой силой. Стотысячетонный пресс чистой магии. Никто не сможет выдержать такое. Я это знал. И он это знал. И он уже хохочет. Мерзко, злобно, в яростном предвкушении моей смерти. Он ждал и жаждал эту смерть, и сейчас с увлечением наблюдает, как я, упав, изо всех сил пытаюсь отсрочить ее.
А я ждал этого его состояния. Когда он уверует в мою неизбежную смерть. Когда он поймет, что моя смерть — лишь дело времени. Причем очень и очень скорого. Когда эльф забудет о защите.