– Даниэль! Доктора сюда! – на его крик прибежал Палмер.
– Даниэль, что такое?! Опять приступ?!
– Книжки! Экраны! Компьютеры! Игрушки! Мама… А-а-а-а-а-а! Всю внутри трещит! Как от этого избавиться?! – я съежился на кровати и стал вырывать себе волосы.
– Доктор, вы должны ему помочь!
– Уже-е-е-е-е-е-е – слова Палмера растворялись в воздухе. Мою голову вновь заполнил туман. Меня вновь усыпили, и я даже благодарен за это.
Прошло несколько дней с того инцидента. Мужчина, что назвался моим отцом больше не приходил.
– Палмер, а где мой отец? Если он правда мой отец, я бы хотел, чтобы он был рядом.
– Мне никто не передавал, что он когда-то приходил. Я могу узнать его данные и позвонить ему.
– Сделайте это, пожалуйста, – Палмер вышел из палаты и вернулся спустя пятнадцать минут.
– Даниэль, мне очень жаль, но номер, закрепленный за ним, не активен.
– СУКА! – я бросил поднос с едой в стену, – Какой же он отец, раз уж бросил меня в такой трудный момент жизни?! Да мне и жить осталось немного… Как жить? Где работать? Кому я теперь нужен?..
– Даниэль, это нормально, что вы злитесь, но не стоит отчаиваться. У меня для тебя есть предложение – хочешь ли ты работать на меня?
– Кем? Медбратом типа? Нет, спасибо, конечно, но я откажусь.
– Даниэль, вы же военный. Я хочу использовать ваши навыки и знания. Было бы некрасиво спрятать вас где-то в госпитале. Я, кажется, знаю, что сможет вам помочь решиться на это, – Палмер посадил меня в инвалидное кресло. Мне было ужасно неловко, ведь я мог нормально ходить. Он выкатил меня из палаты, катил вдоль белого коридора. По его бокам находились другие палаты: где-то было тихо как в морге, а где-то пациенты вопили от боли. Некоторых я уже знал, но появлялись и новые люди.
Мы двигались в направлении двери, что раньше объезжали. Чем ближе мы приближались, тем отчетливее становились речи людей. За той дверью находился холл госпиталя: крыша находилась очень высоко от пола; шириной она напоминало торговую площадь Равиля; стены были сделаны из какого-то полимера или чего-то такого, сами они были поделены квадратами, как мозаика. Просто пробежавшись глазами, можно было увидеть сотни палаток. Рядом с каждой из них были медсестры и врачи. По бокам находились столы с едой, а рядом с ними цистерны с одой. Чем-то роскошным этот стол не был наполнен: разные разновидности каш; пару тарелок, наполненных небольшими рыбками, что поймали вблизи; фрукты и овощи с местных ферм.
– Что это такое? И почему лишь некоторые лежат в палатах? – на пол слове у меня появился ком в горле.
– Все, что ты видишь – это последствия войны. Последствия, что скрывается в тени воющих сторон. Это лишь малая часть граждан, кому посчастливилось выжить. Здесь так же беженцы с других городов, что последовали после Равиля. Все здесь потеряли свой дом и родных, но у них получилось найти укрытие в этом госпитале. Мы сейчас возле Сивиллы, подальше от всей этой войны.
– Сивиллы?
– Точно, ты ведь был в коме. Это поселения, созданное по приказу правительства. Хотя, это всего лишь около десятков переносных госпиталей в одном месте. Те, у кого еще осталась вера во что-то, назвали этот «больничный городок» Сивиллой, в честь в какой-то там богини. А что на счет палат, там лежат лишь те, над кем нужен постоянный контроль. К счастью, в холле критически больных почти нет, а тем, кому нужна помощь, ты видел и слышал по пути.
– Но со мной почти все хорошо, я могу освободить койку для кого еще!
– Даниэль, с вашей травмой и тем, что мы еще не знаем, нужен постоянный контроль. Я не могу вас отпустить.
– Что вы от меня хотите?.. – мне пришлось проглотить свое чувство справедливости и гордость вместе с ним. Пока в моей голове вновь не издалась череда «выстрелов», только в этот раз не постеснялись использовать пушки. Моя черепная коробка трещала по швам.
Вдруг издался мощный взрыв. От страха я слетел с кресла, около двадцати палаток были похоронены под завалами. Толпа испуганных больных бежало прямо на меня. Благо я успел скрыться за колонной. Я потерял Палмера из виду, слышал лишь взрывы, треск металла и вопли людей. Одним из взрывов разнесло металлическую цистерну, ее осколки разлетелись во все стороны, разрывая людей на куски. Один из осколков остановился в ребрах женщины, что была недалеко от меня. Я видел, как несколько мгновений она даже не поняла, что случилось. Женщина свалилась на пол и стала захлебываться кровью. Ужасное зрелище. Все бежали более отчаянно к выходу, отталкивая людей перед собой. И как только первый из них добежал за нее, издались выстрелы. За секунду вся толпа, что недавно вопила и бежала, полностью замолчала. Кровь людей смешалось с водой, создавая смесь, полностью залившую пол. Весь испачканный чужой кровью, я сжимал зубы до боли и сжимал подлокотники кресла. Вдруг ко мне подошел Палмер, целёхонький.