— Меня зовут Алексей Артемьевич Корвин-Круковский. Я — руководитель тайного отдела при Главном управлении полиции. Ваш куратор на время пребывания здесь.
— Как мило. А где тут записываются обратно домой? — она сощурилась, с вызовом глядя в его глаза.
— Домой? — он чуть склонил голову. — Домой вы вернётесь только после выполнения задания.
Или… — он не договорил, но взгляд у него был такой, что она поняла: вариант «или» обсуждать не стоит.
Вера фыркнула, Илюша нервно сжал её руку.
— Так что же за задание такое важное, что вы из будущего людей таскаете? — спросила она с издевкой, хотя внутри уже всё стыло.
Корвин-Круковский подошёл ближе, положил перед ней папку.
— Убийства, мадам Бланш.
Серия. Ужасные по жестокости. Три жертвы за два месяца.
И все — дамы из высшего общества.
Он раскрыл папку.
Фотографии были нарисованы — никаких тебе снимков, но детализация была пугающая. Лица обезображены, тела… Екатерина вздрогнула.
— Кто-то очень хочет оставить след.
— Именно, — подтвердил он. — И мы считаем, что преступник — не из нашего времени.
Она подняла глаза.
— Прошу прощения… что?
— Мы подозреваем, что он, как и вы, прибыл из будущего.
Пауза была тяжёлой. Вера застыла, Илюша перестал дышать.
Екатерина уставилась на Корвин-Круковского, словно на помесь Льва Толстого с агентом Смитом.
— Простите, — сказала она с ледяной вежливостью. — Я правильно поняла?
Вы притащили меня сюда, чтобы я ловила попаданца-маньяка?
Он лишь слегка кивнул.
— Вы единственный человек, способный его вычислить. У вас знания. У вас опыт. И вы — женщина, что значительно увеличивает шансы проникнуть в нужные круги.
Ну всё, Бланш, доигралась. Теперь ты не просто мать-одиночка и следователь. Ты, мать твою, официально "агент по особо опасным попаданцам-маньякам".
Она медленно прикрыла лицо ладонями.
— Знаете, Алексей Артемьевич… — устало проговорила она, не убирая рук, — я раньше думала, что самая странная фраза, которую я скажу в жизни, это "да, я согласна выйти за него".
Но теперь, похоже, её сместили слова: "Окей, я пойду ловить маньяка-попаданца в юбке и корсете".
Браво. Вот теперь жизнь заиграла новыми красками.
Она подняла голову, и в глазах её сверкнул вызов.
— Ну что, господин Корвин-Круковский, оформляйте мне пропуск в ваш милый ад. Я — за дело.
Он впервые за всё время чуть улыбнулся.
— Добро пожаловать в Петербург, мадам Бланш.
И да.
Она уже знала, что пожалеет.
Но, если честно — даже это начинало казаться чертовски интересным.
Глава 4.
Глава 4
Первое правило попаданки в прошлом: никогда не доверяй людям в форме, особенно если форма сидит на них подозрительно хорошо.
Екатерина Алексеевна Бланш, теперь официально мама-детектив из будущего и специалист по особо опасным попаданцам, усвоила это мгновенно.
Ведь у Корвин-Круковского форма была такая, что мысли у неё отвлекались куда угодно, но только не на дело.
Пуговицы поблёскивали, воротник сидел идеально, перчатки — точь-в-точь по руке.
А уж взгляд его, уверенный и слегка насмешливый, раздражал до зубного скрежета.
— Вам необходимо как можно быстрее войти в светский круг, — сообщил он, удобно устроившись в кресле, пока Екатерина боролась с очередным внутренним диалогом на тему "корсет или смерть".
— А если я туда не хочу? — с вызовом уточнила она, поудобнее усаживаясь, хотя в корсете «поудобнее» означало «как угодно, лишь бы не потерять сознание».
— Это не обсуждается, мадам, — холодно ответил Корвин-Круковский. — Вы здесь не как туристка. Вас отправили работать.
Екатерина закатила глаза:
— Ясно. Рабство с бонусом в виде бала. Удивительно, что мне ещё инструкцию по танцам не выдали.
— Она у вас будет, — невозмутимо отозвался он, и по лицу было видно: это не шутка.
Боже, ну почему мне не приснилось, что я лечу на Бали с молодым миллионером? Нет же. Я, как всегда, выигрываю в лотерею идиотов.
Тем временем Корвин-Круковский продолжал, словно читал меню:
— Вас представят как вдову мелкопоместного дворянина из Прибалтики.
Имя и фамилия остаются те же: Екатерина Алексеевна Бланш.
Ваш супруг якобы умер при загадочных обстоятельствах. Вы прибыли в Петербург по делам наследства.
— То есть теперь я ещё и вдова? Чудесно. С таким послужным списком я скоро и до казначейства дослужусь, — хмыкнула она, скрестив руки.
— Детям уже оформлены документы. Ваша дочь — Вера Бланш, официально — воспитанница пансиона, приехала на каникулы. Сын — Илья Бланш, причислен к приходской школе. Для них это безопасный статус.