— А-а, так вы давние друзья?! — осклабился Капитан. — Это даже слишком трогательно, как сказал мальчик из хора, когда пастырь погладил его по заду.
Фрэнк ничего не мог с собой поделать. Чем шире Роули улыбался, тем меньше ему нравился. — Да, — подтвердил он.
— Ну надо же, как здорово! — Казалось, Капитан был в полном восторге. — Чего ж лучше такой встречи! — Он потер подбородок. — Выходит, вы сдружились в Академии — вы, лорд Филип и Грасс, трое неразлучных друзей, прям как в песнях.
— Ну да. То есть, Филип и Кевин были неразлучными друзьями, а я так, за компанию, — уточнил Фрэнк. — У Филипа в Академии было вообще много приятелей, но… — …Его друзья плохо кончают, — закончил Кевин.
— К сожалению, многих действительно уже нет, — Фрэнку вспомнились веселые юнцы, что увивались за девушками в летнем саду того иного, юного мира. Аромат роз… Аромат Денизы…
— И вы трое, конечно, свершали вместе подвиги? — поинтересовался Капитан.
— Мы были почти детьми. Я точно ничего не свершил, а вот они, кажется…
— Мы спасали принцесс от драконов и драконов от принцесс, — перебил Кевин, громко и резко. — Мне доставались драконы, остальным — принцессы, и все были премного довольны.
— Ну, а коли серьезно? — Капитан игнорировал его, обращаясь к Фрэнку.
— Куда уж серьезней, — процедил Грасс сквозь сжатые зубы. Шрам на щеке задергался, словно живое злобное существо. — Еще мы избавляли мир от темных колдунов, базилисков, и людей, сующих нос не в свое дело.
Роули глянул на Кевина без особой нежности, потом снова нацепил ухмылку, не коснувшуюся черных въедливых глазок. — Зарываешься, Грасс. Но ничего, ради такого дня я тебя прощаю, -
Нет, ни у кого Фрэнк не видел такой неприятной улыбки, и дело было не в желтизне и кривизне зубов.
— Что же, я вас оставлю, обменяетесь воспоминаниями юности, столь сладостными. Ответишь на все вопросы Его милости, Грасс. А ежели Грасс падет под тяжестью сей сложной задачи, прошу, обращайтесь ко мне, мой лорд. Да, наши молодцы сейчас будут набивать брюхо. Вам поставить стол здесь, мой лорд, или же окажете мне честь отобедать со мной наверху, в моем кабинете? А может, послать за чем-нибудь особым для Вашей милости? Рядом неплохая таверна.
— Я не привередлив, — мотнул головой Фрэнк. — Поем вместе со всеми. Ему не терпелось поговорить с Грассом без лишних ушей рядом.
Отвесив короткий поклон, Роули развернулся и зашагал прочь.
Кевин проводил Капитана неприязненным взором. — Слизняк. А у вас, как погляжу, любовь с первого взгляда.
— Просто он очень хочет услужить Филипу, — Уж настолько-то Фрэнк в жизни разбирался.
Кевин интересовал его куда больше Роули. Было радостно видеть его живым и в одном куске. Он еще помнил лицо Грасса в их последнюю встречу — лицо человека, переступившего черту, за которой лишь хаос и смерть.
— Я часто о тебе вспоминал, — признался Фрэнк. — Как ты здесь оказался?
— Меня рекомендовал Оскар Картмор. Это ведь была его идея, наш отряд, пока племянник не решил поиграться с нами в солдатиков.
— У Филипа очень серьезные планы, — возразил Фрэнк. — Его беспокоит разгул преступности в городе.
— Что ж, вам виднее, что там у него на уме.
Беседа грозила разбиться о стену его неприязни, однако Фрэнк твердо решил выяснить отношения раз и навсегда. Он не знал, с чего началась эта глупая односторонняя вражда, но не желал, чтобы она продолжалась хотя бы день.
— Кажется, тебе не по душе, что мы будем служить вместе? — спросил он напрямую.
— Что я думаю, значения не имеет.
— Для меня — имеет. Я надеялся многому у тебя научиться.
— Коли не научитесь, то не моя вина будет, — Застывшие черты оживило подобие усмешки.
— Да, и с каких пор мы "на вы"? Хоть ты-то не начинай, — взмолился Фрэнк.
Но не тут-то было. — Будет странно, коли все тут начнут вам тыкать. Или вы хотите, чтобы у меня были особые привилегии потому, что мы вместе учились?
Фрэнк должен был признать, что в словах Грасса есть смысл. Он был командиром, Кевин — его солдатом… И все равно это казалось каким-то неправильным. Когда-то, совсем недолго, они были почти друзьями. Или ему это только казалось?
И все же он решился задать волнующий его вопрос, покосившись в сторону стола. Ищейки тоже бросали на них любопытные взгляды, но никто не решался подойти. — Скажи, как ты думаешь, мне удастся… поладить с ними? — По крайней мере, Кевин скажет ему суровую правду. — Как тебе удалось стать здесь своим?