А потом, сквозь дымное марево и резь в глазах, Фрэнк увидел… лестницу. Вот ведь болван!.. Все это время он бился не в ту дверь!
У него был один шанс из тысячи.
Вывернув плащ наружу изнанкой, не вымазанной жиром, Фрэнк накинул его на голову и побежал по периметру, выискивая брешь в завесе огня.
Липкая мерзость заливала не весь пол, иначе Фрэнк бы уже поджарился. До дальней стены пламя еще не доползло, но это был вопрос мгновений. Оставался узкий коридор.
Поверхность стены покрывала живая масса личинок, испускавшая тихий, жалобный стон. Но до них ли было Фрэнку! Отвращение, страх, все отступило перед жаждой жить.
Он сделал глубокий вдох и бросился вперед, задевая плечом трупоедов. Пламя тут же устремило к нему лапы, цепляясь за одежду, даже воздух жег. Фрэнк поскользнулся на склизком тельце, упал на четвереньки, подскочил. Последний рывок, на пределе дыхания — и он у подножия лестницы, взлетает по ней, отчаянно глотая воздух.
Заметив на полпути, что у него горит плащ, Фрэнк сбил огонь, затоптал подметками искры. Побежал дальше, еще не веря в спасение.
И только на последних ступенях он вспомнил.
— Комаааар! — Обернулся, окидывая взглядом огненное инферно. Почудилось — где-то там, в глубине, стоит человек. Комар? Почему он не движется? Или это восстал кто-то из покойников, явился сам Темнейший?
— Ко мне! — Фрэнк отчаянно замахал рукой, готовый выпустить на свободу толпу умертвий, лишь бы не оставить живую душу в этом аду. Но черный силуэт не шевелился, вскоре расплавившись в мари. Да и был ли он?
Там, за дверью, мир живых, вспомнил Фрэнк. Кевин, Крысоед. Они помогут затушить огонь и найти Комара.
Фрэнк вылетел на площадку за дверью, поскакал по длинной каменной лестнице, что вела к подножию винтовой. Он готов был расплакаться, как ребенок. Не мог же Комар просто раствориться? Наверно, его оглушили, и он лежит в углу без сознания. Может, уже пришел в себя, озирается по сторонам, зовет на помощь… Зовет своего командира.
На крутом завитке Фрэнк споткнулся, ударился коленом о ребро ступеньки. Продолжил бежать.
— Кевин! Грасс! — крик рвал горло, голос звучал хрипло, словно чужой. — На помощь!
Через промежуток, показавшийся вечностью, до него донесся ответный возглас, а потом по лестнице полусбежал полускатился Грасс. Через плечо его был перекинут… труп? Сейчас это не имело значения.
— Комар! — просипел Фрэнк. — В подвале! Он остался в подвале! Там пожар, и мертвецы… Мы должны его спасти!
Сверху доносился топот ног, предположительно — Крысоеда. Не дожидаясь его, Фрэнк с Кевином кинулись вниз.
А вот и дверь. Из-под нее валил дым, на пол ложились алые отблески.
— Он там! — указал Фрэнк.
— Нельзя открывать! — прорычал Грасс в ответ.
Фрэнк обогнул его, рванув ко входу. Замотал плащом кисть, потянулся к ручке — чтобы тут же беспомощно согнуться от удара под дых. Отшвырнув Фрэнка, как котенка, Грасс перехватил труп поудобнее и, заслоняясь им, дернул дверь на себя. Она частично закрыла Ищейку от пламенной вспышки, метнувшейся на свободу с алчным ревом, хотя рукав Кевина и одежда мертвеца все же занялись.
Фрэнк подбежал к Грассу, помог сбить огонь.
А потом они стояли, бок о бок, и смотрели в подвал, завороженные зрелищем.
Пламя, устремившееся было в открытую дверь, втянулось назад. Зато в подвале оно бушевало с новой яростью. Плясали, заполнив собой все, языки пламени, алые, золотые, оранжевые. С потолка дождем падали трупоеды, их жирные тельца лопались в воздухе, вспыхивая яркими искрами. Дергались конечности мертвецов, словно те желали подняться в последний раз, дабы свидетельствовать против своего убийцы. А в глубине корчился в агонии гигантский червь, вьющаяся лента живого огня, уже едва различимая в общем сиянии.
Никто не смог бы здесь выжить…
— Где же он?!!
— Придется найти нового коротышку, — проворчал Грасс. — Пошли отсюда.
Фрэнк застыл, не в силах сдвинуться с места, но пара болезненных пинков привели его в чувство, и вскоре он уже помогал Кевину протаскивать труп сквозь узкую входную дверь.