Фрэнк не в первый раз слышал эти слова. Последнее время матушка часто повторялась.
Он взял ее холодную руку в свою и осторожно пожал. — Я в полной безопасности. Не стоит беспокоиться обо мне, молю. Она словно не слышала его. — Хотя вы, мальчики, любите опасность… Так и летите к ней. А нам, вашим матерям, остается только молиться и делать все, что можем, чтобы уберечь вас. Даже если приходится поступать не очень хорошо. Ты простишь меня, я знаю…
— Матушка, — Фрэнк поцеловал ее ладонь, гладкую, как атлас, прижал на мгновенье к щеке. — Я никогда не осмелился бы думать, что мне есть за что прощать вас, даже не будь вы всегда самой заботливой и любящей из матерей.
Мать слабо улыбнулась. — Я в этом не сомневаюсь. О лучшем сыне и мечтать нельзя. Агнец знает, я только желала, чтобы ты был счастлив… Сейчас, и потом.
— Я всем доволен, матушка. И буду полностью счастлив, когда вы поправитесь.
— О, это… — пробормотала она рассеянно, погладив костяшки его руки большим пальцем. Потом взгляд ее вдруг ожил — Но что же это я… Как я могла забыть… Уиллис тебе тоже ничего не сказал?
— О, он много чего сказал, вы же знаете его. Но ничего по делу. Что случилось, матушка?
— Милый, к тебе же пришел гость! Какой-то молодой человек.
Гость?! Сколько они жили здесь, в их доме не бывало гостей, кроме всяких лекарей и модисток. Даже с Филипом Фрэнк встречался за воротами дома.
— Молодой человек? — повторил он тупо.
— Да. Господин Клери, если твоя мать ничего не перепутала. Он предпочел подождать в твоих комнатах. Насколько я поняла, у него к тебе важное и секретное поручение, и я не стала навязывать ему свое общество. Да и о чем бы твой друг стал говорить со старухой, столь далекой от светской жизни? Надеюсь, я поступила правильно…
— Вы всегда поступаете правильно, матушка, — пробормотал Фрэнк, пока мысли проносились в голове как песок, подхваченный вихрем. Клери? Родич Денизы? Или… Не может быть!
В следующий миг он уже стоял у двери. Только успел бросить на прощание: — Я еще зайду к вам.
Весь путь до своих покоев Фрэнк просто летел, сразу помолодев назад на пару десятков. Помедлил только у самого входа, прислушиваясь — и слыша лишь биение своего сердца.
В маленькой "приемной" никого не оказалось. Оставались спальня и смежный с нею кабинет — Фрэнк вполне обходился этими комнатами. Когда он мягко толкнул дверь, смазанные петли поддались почти беззвучно.
Внутри, спиною к нему, стоял "молодой человек". Невысокий, хрупкий, в темном плаще и шляпе.
Фрэнк молча смотрел, как гость перебирает бахрому на пологе кровати. Медленно проводит по узорчатому покрывалу рукой, столь смуглой по контрасту с белоснежным кружевом манжеты. Задумчиво оглядывается по сторонам… и встречается взглядом с Фрэнком.
— Дениза… — выдохнул он.
Гость вздрогнул, а потом на губах вспыхнула озорная, почти мальчишеская ухмылка. — Узнали?
Широкополая шляпа отбрасывала тень на узкое лицо, над верхней губой темнели смешные усики, и тем не менее лишь такой наивный человек, как его мать, мог принять ее за мужчину. Этот костюм все так же шел Денизе, подчеркивал фигуру, длинные стройные ноги.
Фрэнк сделал два осторожных шага навстречу. Усталость как будто ушла, но голова еще слегка кружилась. Или тому виной ее присутствие?
— Думаю, я узнал бы вас в любом наряде, — Нет, он несет что-то не то. — Что-нибудь случилось? Вам нужна моя помощь?
Она сняла шляпу, и несколько прядей черными змейками скользнули по плечам. — Сейчас, когда я вижу вас, все просто прекрасно.
С этими усиками вид у Денизы был такой забавный и умилительный, что Фрэнк не удержался от смешка. Она все поняла, и сдернула их, поморщившись. Потерла покрасневшую полоску под носом. — Так вам больше нравится?
— Филип знает, что вы здесь?
— Не задавайте глупых вопросов, — Она снова отошла, сделала круг по спальне, рассеянно проводя взглядом по стенам, такая спокойная, словно ее визит был самым обычным делом. — Приятно было увидеть ваш дом и вашу комнату. И, конечно, в особенности вашу мать. Мне пришлось сделать нашу беседу короткой, чтобы не подвергать опасности мой маскарад.
Фрэнк вдруг вспомнил, что на старом комоде справа от кровати стоит деревянный рыцарь, его детская игрушка, прихваченная из Длели. Может, Дениза его не заметила? Не успел он подумать об этом, как она спросила: — А как его зовут?
— Кого?
— Этого милого рыцаря, — Она сняла игрушку с комода и покачала ею в воздухе.