Муж и жена. Впервые эти слова звучали для нее торжественно и серьезно. Их брак не будет походить ни на уютную, пресную дружбу ее отца и мачехи, ни на скучный фарс, который разыгрывали другие. Ни на то, что было между ними прежде.
Сегодня стали другими и она сама, и их любовь. Теперь они с Филипом принадлежали друг другу, в новой жизни, где были только он и она. Как сказал он сам — больше никаких игр.
Ее переполняла нежность, и она прижалась к его плечу губами, там, где заметила вившийся змейкой тонкий шрам. Ей хотелось вжаться в любимого, раствориться в его теле, чтобы они могли не расставаться ни на минуту.
Она знала — теперь все будет по-другому.
III.
26/10/665
Пришло утро, но ясности с собой не принесло.
Фрэнк приехал в Красный Дом засветло, слишком разбитый, чтобы думать о тренировке с Кевином. На угрюмых лицах подчиненных он читал невысказанный вопрос, на который у него не было ответа. Ищейкам сказали, что Комар исчез во время задания, поэтому даже погоревать по-настоящему о товарище они не могли.
Как и сам Фрэнк. Комар остался где-то на границе яви и бредового сна, в той же сумрачной зоне, что и дружба Фрэнка с Филипом. Друг! Друг, который… Голос Денизы звучал в сознании, сливаясь с влажным шелестом извивающихся тел. Он манипулирует вами, лжет…
Фрэнк потряс головой, пытаясь сосредоточиться на лежавших перед ним на столе бумагах. Решил: Надо все же поговорить с парнями, рассказать о том, чему стал свидетелем в подвале, пусть даже не сможет объяснить, что это было.
— Командир, — окликнули его, — к вам тут пришла какая-то.
Подняв голову, Фрэнк увидел рядом с непривычно мрачным Бобом Пайлом никого иного, как Анни. Вот кто сиял, ослепляя своей щербатой улыбкой и медью спутанных кудрей.
— Привет, блондинчик!
Фрэнк поспешил встать, предлагая ей место, но Анни садиться не собиралась. — У меня к тебе дельце, такое, что лучше поболтать наедине, — Она уперла руки в боки уже привычным жестом. — Есть у тебя тут какой-нибудь закуток?
Закуток имелся, и Фрэнк проводил ее туда без лишних слов. Сквозь усталость пробивалось любопытство. Ведь не пришла же она сюда только ради встречи с ним?
Каморку, где Фрэнк переодевался и хранил вещи, а иногда и оставался на ночь, Анни осмотрела с таким же хозяйским видом, что Дениза — его спальню. Поцокала языком, проведя пальчиком по пыльной полке, будто привыкла жить в блистающих чистотой хоромах.
Похоже, стоит пустить женщину к себе в дом хоть ненадолго, и вскоре начнет казаться, что живет в нем она, а не ты.
Как бы там ни было, а видеть Анни Фрэнк был рад. Едва ли жизнь ее баловала, и все же хорошенькая бандитка поднимала ему настроение, как солнечный лучик посреди пасмурного дня. — Хотел спросить тебя, — решил он воспользоваться моментом, — что твоим дружкам известно о Черной Башне?
— А чего о ней знать — мерзкое место, лучше держаться подальше. Да, слышала я, что ваши псы развели там пожар — вот же ж тихо не сидится!
— Это был я, — тихо произнес Фрэнк. — Я ее поджог. А еще во время пожара исчез мой друг. Комар, может, ты его помнишь — мы вместе приходили на рынок.
Анни присвистнула. — Вот с чего ты нос повесил, да? — Забыв о пыльных полках, Анни придвинулась поближе. От нее приятно пахло — свежестью, корицей и медом. — Никогда не встречала такого мягкосердечного Ищейки!
Фрэнк перехватил руку, скользнувшую по его груди. — Скажи лучше, зачем пришла.
Анни выразительно блеснула большими круглыми глазами. Прошептала на ухо (для этого ей пришлось подняться на цыпочки): — Я пришла дать тебе то, чего ты хочешь…
Фрэнк с трудом сглотнул ком, возникший вдруг в горле. — Я…
— …ответное предложение от нашего Темного Принца! — закончила она, отстранившись, а когда заглянула ему в лицо, разразилась громким смехом. — Ну ладно, и это тоже. — Смех резко оборвался. — Только посмей отказать мне, Ищейка! Я даже помылась ради тебя.
Это была ужасная идея — но не такая ужасная, как некоторые другие. А бороться с собой Фрэнку порядком осточертело.
Пока он думал об этом, они с Анни уже оказались у стола, к которому она его притянула, а его руки, каким-то загадочным образом, у нее на талии — и ниже.