— Я не могу… — Рука вспорхнула к горлу испуганной птицей, тревожно зазвенели браслеты. — Я не смогу вам помочь, мой лорд.
Коснувшись шарфа и кольца, что Бэзил принес на встречу, эта без того бледная маленькая женщина с лисьим личиком побледнела еще больше.
Он заговорил о вознаграждении, но гадалка не набивала себе цену. Лишь отнекивалась, а в бесцветных глазах плескался страх.
Бэзил не был ясновидящим, и все же он видел ее насквозь.
— Видно, ваши таланты вам изменили. На ваше счастье, сударыня, я не злопамятен, — протянул он, — и никому об этом не расскажу. Напротив, будем считать, что вы красочно описали смерть моей матери, а в конце, проникновенным голосом, будто исходящим из глубин преисподней, провозгласили имя убийцы. Я упомяну об этом лишь в своей компании, по секрету. Уверен, в кругу моих друзей не найдется шпионов Тайной службы и обычных сплетников.
Тогда гадалка подошла к нему, и, встав на цыпочки, приблизила губы к его уху. — Мои силы невелики, мой лорд, верьте мне. — Щеки коснулось до странности прохладное дыхание. — Если вы готовы говорить с тьмой, вам нужна ведьма Кор, из Тьмутени. И расскажите вашим друзьям, что от беседы со мною не было никакого толку, молю вас.
Уходя, он гадал, на кого она работает, и почему не могла наврать ему нечто утешительное.
Найти ведьму Кор, которая якобы понадобилась Бэзилу за советом в делах любовных, вызвался Йен Дижан. Этот высокий светловолосый молодой человек влился в их компанию с полгода назад, и только сейчас Бэзил задумался о том, что понятия не имеет, как это произошло. Йен просто появился на пьянке в один прекрасный день, и вроде как пришел вместе с кем-то — но с кем? И вроде бы все его знали, но никто не знал, откуда он взялся и кто таков… Одно точно: Йен отлично играл на мандолине, умел придумывать забавные проказы, сохранял изящество, даже надравшись, и этого хватало, чтобы терпеть его рядом.
Йен не заставил Бэзила ждать. Уже на следующий вечер шепнул ему пару слов на дружеском сборище, и вскоре Бэзил, Лили и Лулу собрались в алькове, чтобы услышать из его уст ответ ведьмы.
Йен принес от нее приглашение и подарок — нож с костяной рукоятью и сложной вязью знаков на изогнутом лезвии.
Бэзилу подарок не понравился.
Лили попробовал острие пальцем, порезался и захныкал.
— Вы слишком торопитесь, мой лорд, — усмехнулся Йен. — Время лить кровь пока не пришло.
Слова Йена понравились еще менее.
Они засыпали его тысячей вопросов, но Йен только улыбался, улыбкой человека, знающего больше, чем показывает, отшучивался, пожимал плечами. Ясно было одно — ведьма Кор ни к кому не ходит в гости, идти надо к ней. В Тьмутень.
Лили и Лулу отговаривали Бэзила, Йен посоветовал не бояться. — Местечко не хуже других, получше многих, — В серых глазах искрились лукавые болотные огоньки. — Только соблюдай правила, будь почтителен, уходи до темноты и не лезь, куда не звали.
Что Бэзил знал о Тьмутени?.. Лишь истории, передаваемые театральным шепотом, сказочки, в которые теперь, после появления монстра в его собственном доме, верилось пугающе легко. Вот только во что именно верить? Слухи противоречили друг другу, как обычно бывало со слухами.
В Тьмутень никто не осмеливается заходить. А если осмеливается, то не возвращается. А если возвращается, но иным, неправильным, и рано или поздно уходит в Тьмутень насовсем.
Жители Тьмутени не выходят за ее пределы. Они гуляют рядом с нами, невидимые глазу, и воруют малых детей. Это уже не люди. Это люди, живущие под властью умертвия, которое питается их кровью. Они сами — умертвия, их пища — кровь и прозрачный ликвор, текущий в позвоночнике. Они поклоняются темным богам. Они безбожники, от которых отвернулись высшие силы.
Когда-то, с этим соглашались все, Тьмутень была лишь еще одним кварталом Высокого Города. Пока что-то темное и злое не начало медленно, почти незаметно разрастаться там, как опухоль, заставляя одних уходить, а других — меняться, оставшись.
В глубине души Бэзил уже знал, что пойдет. Не завтра — так послезавтра, не на этой неделе, так через месяц. Стоило забрезжить шансу получить ответ, как неопределенность вдруг сделалась невыносимой, точно бесконечное ожидание казни. Вот только не потянет ли на попятный, когда перед глазами блеснет топор палача?..
Друзья вызвались сопровождать его, Йен — служить проводником.
В путь Бэзил оделся настолько просто, насколько был способен. Темный плащ, куртка и широкополая шляпа без украшений, под которой он скрыл волосы, превратили его в еще одно из тех бесчисленных серых существ, что ползали за стенами дворца. Друзья его взяли с собой мечи, но Бэзил дурью маяться не стал, прекрасно понимая: порезать он может разве что себя и случайно, но никак не других и нарочно.