Дениза помогла ей оправить растрепавшуюся шевелюру. — Ах, мне бы ваши кудри!
Офелия с радостью поменялась бы с Денизой — ей очень нравились блестящие иссиня-черные локоны подруги, которые сегодня так красиво переплетали золотые нити. Матушка говорила, что у Денизы волосы жидкие и обличают ее южно-андаргийское происхождение, но Офелии было все равно.
Прелестный новый веер Офелии Дениза заметила сразу. — Просто чудо, я тоже хочу нечто подобное! Это подарок Филипа?
— Нет, это от Бэзила, он заходил ко мне с утра. Филип мне сделает подарок потом.
Да, на этот раз старший из ее братьев сумел ее порадовать. Веер расписал сам Дезмонд Пелер, модный художник и личный друг Бэзила. По тонкому шелку порхали райские птицы, причудливые цветы распускались на фоне нежной зелени. Вещица не очень гармонировала с нарядом Офелии, но она не могла с нею расстаться.
Это было много-много лучше, чем в прошлый день рождения, когда Бэзил вручил ей толстенную нравоучительную книгу, пообещав, что она научит Офелию лучше повиноваться отцу с матерью. Бэзил остался очень доволен собой — во всяком случае, он громко смеялся, уходя, а ее матушка сказала, что это чудесный дар, — но Офелия была так разочарована, что благодарила брата со слезами на глазах.
А больше всего ей хотелось, чтобы Бэзил сам пришел на праздник, повеселиться вместе с остальными, — она так редко его видела! Но он никогда не оставался на ее день рождения.
Дениза бросила взгляды по сторонам. — Я пришла пораньше, чтобы иметь возможность подарить вам это.
Движением руки она подозвала свою служанку, ожидавшую в дверях. Служанка, девушка с умным некрасивым личиком, достала из складок юбок довольно большой атласный мешочек.
— Вот, — Дениза вручила его Офелии. — Спрячьте, пока леди Анейра не увидела.
— Это роман, да? — с замиранием сердца прошептала Офелия, почувствовав сквозь атлас очертания обложки.
— Именно, — Дениза по-заговорщически улыбнулась. — Новый, пера леди Матильды Эвери.
— А о чем он?
— Как раз о том, о чем вы любите. — Про любовь, да? — Офелия почувствовала, как краска заливает ее щеки.
— Бедный, но благородный кавалер преданно и безнадежно любит богатую наследницу. Разве эти романы не все одинаковы? Здесь вы также найдете поучительные рассуждения о природе любви и поэтические описания природы северного Альтали. Просто пролистайте их. — Но кончается хорошо? Они убегают вместе?
Дениза поманила ее поближе, а когда Офелия, сгорая от любопытства, приблизилась, подруга склонилась к ее уху и прошептала: — Прочитайте и узнаете. — Спасибо, спасибо, спасибо! — прижимая книгу к груди, Офелия обняла Денизу свободной рукой.
— Ну-ну, вы помнете ваш чудесный наряд. Вы ведь сегодня у нас королева бала! Бегите и спрячьте книгу. А то нам обеим достанется!
Офелия так и сделала. Ей не разрешалось читать романы, по словам матери, фривольные и полные порочных идей. Если бы не Дениза, она даже не узнала бы, какой бывает любовь.
По дороге назад, она размышляла, как отблагодарить подругу, но в голову пришло только одно. — Хотите, покажу, какие сегодня у нас будут сласти?
Дениза засмеялась и кивнула. Офелия потащила ее за руку на кухню, где уже были готовы яства для сегодняшнего празднества — сласти поставят на стол последними.
Денизу оставили равнодушными все эти прелести, с утра будоражившие воображение Офелии — сладкое яблочное вино; вафли; миндальное печенье; белый сахар; пирог с грушами, благоухавший корицей; пышные булочки в форме сердец; снежки, желе и конфитюры. Груши в медовом соусе, запеченные яблоки, виноград и другие фрукты; миндальный крем с черными точками изюма; желтые сыры, оплакивающие свою судьбу; и то, чего ей хотелось больше всего — пирожное и фигурки из марципана, с цукатами и в цветной глазури: человечки, зверюшки, даже карета в завитушках крема.
Офелия уговаривала подругу взять пирожное или кусочек сахара, но Дениза съела только мандарин, отрывая по дольке и аккуратно отправляя в рот. У Офелии от этого зрелища забурчало в животе.
Мать предупреждала ее, что начинать есть до прихода гостей — неприлично, но, в конце концов, сегодня был день рождения Офелии, а не их. Поэтому она украла со стола фигурку принцессы — волосы цвета моркови, платье цвета малины — и безжалостно откусила ей голову. Внутри оказалась начинка из засахаренных фруктов, нежное тесто марципана таяло во рту.
Поблизости зазвучали шаги. То была не величественная поступь матери, но Офелия в панике засунула остатки фигурки под фрукты и принялась отряхивать пальцы от сахарной пудры.