Пытаясь не обращать внимания на осуждающий взгляд матери, она слопала гораздо больше пирожных, марципанов и сладкого крема, чем ей обычно полагалось, и только в конце ужина забеспокоилась, что переест и захочет спать… Но ничего подобного — возбуждение ее только росло, и скрывать его становилось все сложнее.
Наступал момент, которого она ждала с замиранием сердца. Музыканты выскальзывали из зала с инструментами. Ехидному Карлу Мелеару принесли мандолину, на которой он так хорошо играл, и он начал перебирать струны длинными пальцами.
Дениза и ее подруги собрались в кружок. Они перешептывались, пряча свои секреты за раскрытыми веерами, смеялись, бросали быстрые взгляды на молодых людей.
Официальная часть праздника заканчивалась, чтобы могло начаться самое интересное. Сейчас леди и кавалеры спустятся в сад по двое — по трое, как будто всем просто одновременно пришло в голову прогуляться на свежем воздухе, матушка отправит к ним слуг с вином и бокалами, и снизу зазвучит мелодичный звон струн.
Подружку Офелии, леди Маргериту, уже увезли домой в слезах — ей было пора ложиться спать. Но Маргерита ведь почти ребенок — всего двенадцать лет, а Офелия сегодня стала уже совсем взрослой!
К ней подошла Дениза — попрощаться. — Ну что, моя милая, этой ночью вам должны присниться сладкие сны.
Офелия мотнула головой. — Нет, сегодня я пойду гулять с вами.
Дениза не скрывала удивления. — В самом деле, дорогая, ваша матушка вам разрешила?
Офелию бросало то в жар, то в холод, но ответила она решительно: — С сегодняшнего дня я уже взрослая… Я могу делать то же, что и другие девушки.
Величественная, как каравелла на волнах, к ним подплыла мать. — Офелия, тебе пора прощаться с гостями. Ты устала, тебе пора отдыхать.
Она прикусила задрожавшую губу. — Но я не устала ничуточку. Правда-правда! Сегодня я хочу немного погулять со всеми.
Лицо матери не изменилось, лишь две идеальные брови сдвинулись чуть ближе. — Офелия, вы слышали, что я сказала. Когда матушка обращалась к ней на "вы", это был плохой знак.
Дениза наклонилась и чмокнула Офелию в щечку. — Не расстраивайтесь, — она беззаботно улыбалась, — скоро кто-нибудь обязательно задаст бал, и мы с вами на нем встретимся. Будут еще и танцы, и музыка, и сласти… Взгляд девушки устремился поверх головы Офелии — кто-то или что-то в толпе гостей отвлекло ее внимание.
Офелия поняла, что Дениза не очень-то хочет, чтобы она составила им компанию, и от этого предательства запершило в горле.
— Леди Дениза, моя дочь и я очень признательны, что вы оказали нам честь, разделив с нами этот день. К сожалению, Офелия уже устала и ей лучше лечь спать. Надеюсь, вы нас не покинете — развлечения будут продолжаться до утра.
Офелия знала — мать не в восторге от этих ночных прогулок, но так было угодно Филипу, а ему запрета не было ни в чем. Вот и выход! Она робко помахала брату.
Оставив веселую компанию молодых людей, собравшихся вокруг него, Филип приблизился, все еще улыбаясь. — Моя чудесная сестричка, — он взял ее руки в свои и поднес к губам. — Еще раз поздравляю. Ты стала на год старше, и ты еще в том возрасте, когда женщину это радует.
— Я ведь уже большая, не правда ли? — с надеждой подхватила она. — И мне не обязательно ложиться спать рано.
— О, по этому вопросу тебе стоит обратиться к твоей матушке, — ответил он, отвешивая ее матери небольшой поклон, — которая сегодня кажется твоею сестрою.
— Уверяю вас, милый Филип, никто не стремится к вечной молодости менее, чем я, — ответила мать со снисходительной улыбкой. На Офелию она посмотрела куда холодней. — Я как раз говорила дочери, что у нее усталый вид.
Офелия открыла рот, чтобы запротестовать, но Филип не дал ей вымолвить ни слова. — А с матерью спорить нельзя, особенно когда она столь красива и грациозна. Доброй ночи, — он наградил Офелию поцелуем в лоб и предложил Денизе руку. Та ее не заметила — отошла, на прощание послав Офелии улыбку и сочувственно пожав плечами. Филип последовал за ней.
Даже родной брат против нее!
— Прошу вас! — обратилась Офелия к матери. — Мне очень хочется в сад. Ненадолго.
— Эти развлечения не подходят для незамужней особы. Я была бы дурной матерью, если бы пошла на поводу у твоих капризов.
Она знала, переубедить мать в чем-то — задача безнадежная, и все же смириться было выше ее сил. — Но ведь там будут Филип и Дениза! Значит, в этом нет ничего дурного, — Офелии казалось, что она нашла неотразимый аргумент.
— Твой брат — мужчина. Там, где мужчина пройдет незапятнанным, молодая девушка может потерять все. Поведение леди Денизы — забота ее отца, и не мне обсуждать его решения. Но за тебя несу ответственность я, и ты слышала мое слово. Твой отец и твоя тетушка согласились бы со мной.