- А теперь иди. – отпустил меня эмир, справившись окончательно с эмоциями.
Я открыла глаза в карете и сразу стянула перчатку с правой руки. На правом запястье красовался расправивший крылья орел.
- Тебя можно поздравить! – улыбнулся Йорфур.
Он взял мою ладошку в свою руку и провел кончиками пальцев по контуру черного орла. Я кивнула. Я наконец-то стала свободной. Я наконец-то получила то, что мое по праву от рождения. Я добилась этого. Облегчение и радость охватили меня. И неверие… Руки мелко затряслись от волнения. Я так долго этого добивалась… Так долго! И вот. Татуировка на запястье. Я свободна. Свободна! На глаза выступили слезы.
- И чего ты плачешь? – спросил Йорфур, аккуратно стирая подушечкой пальца сорвавшуюся слезинку. Я прижалась щекой к его теплой ладони. – Ты заслужила это!
Он был рад за меня. По-настоящему, без притворств рад.
- Я… - шепотом ответила я. – Просто я так этого хотела…И… Наконец-то! Я… переполнена эмоциями.
- Ты слишком яркая, слишком живая, чтобы оставаться тенью. – сказал Йорфур, смотря мне в глаза. – Рано или поздно это случилось бы.
- Спасибо. – еще тише ответила я, не отводя взгляда.
Мы были так близко. Я чувствовала на своей коже его дыхание. Хотелось прикоснуться. Почувствовать. Мне... Йорфуру… Хотелось стать еще ближе. И я, прикрыв глаза, потянулась к нему, чувствуя, как все мысли и чувства мужчины движутся мне навстречу. Больше всего он сейчас желал сжать меня в своих объятиях и поцелуям стереть выступившие слезы.
Но Йорфур отстранился. Клятва. Он дал клятву, а магические клятвы лучше не нарушить.
Я лишь грустно улыбнулась. Что ж… и эту проблему мы скоро решим.
Наш дормез въехал в столицу.
Сахим без разрешения ворвался в кабинет отца. Молодой эмир хотел было уже начать рассказывать, когда великий эмир поднял руку, остановив его. Сахим так и замолчал, набрав полную грудь воздуха.
- Я уже все знаю. – сказал великий эмир сыну. – Жашиара разыскивают. Предсказуемо, что дома его не было.
- Но как ты узнал? – Сахим был шокирован.
- Неважно. – отмахнулся великий эмир. – Ступай, у меня еще много дел.
Я открыла глаза. Отлично, Жашиара разыскивают. Это пригодится чуть позже. А сейчас я надела покров и перчатки.
На город опускались сумерки. Солнце уже совсем спряталось за крышами богатейших домов. Стало заметно прохладней и легче, хоть дышать в покрове все равно было не очень приятно. Мы подъезжали к ужасно вычурному желтокаменному дому, призванному выставлять непомерное богатство своих хозяев на показ окружающим. Почти дворец. Роскошь. На самом деле понты да и только.
Рабыня, стоявшая у ворот и ожидавшая нас, тут же подскочила к остановившемуся дормезу и открыла дверцу. Первым вышел Йорфур, зорко осматривая местность на предмет опасности. За ним вышла проснувшаяся Ирга и помогла мне спуститься. Я тяжело опиралась на ее руку, делая вид ужасно уставшей и немощной. Хотя и притворятся то сильно было не надо. Все-таки дорога в целый день пути утомляла.
Богато украшенными коридорами мы прошли к кабинету Малика. Он застыл изваянием перед огромным, массивным рабочим столом в ожидание меня. В нем созрела решимость к разговору, хоть он и понимал всю абсурдность ситуации. Он вообще меня видеть не хотел, но проклятый договор, который заставил его подписать Фарух вынуждал.
Двери кабинета раскрылись. Первым вошел Йорфур. Он лишь слегка поклонился моему мужу и застыл, словно его тут нет. Следом вошла я, опираясь на Иргу. Муж тут же распахнул объятия будто собираясь меня обнять, но так и не делая шага навстречу.
-Айрэ! Возлюбленная моя супруга! Я безмерно счастлив тебя здесь видеть в добром здравии. – приветствовал он меня дежурной для нас фразой.
- Возлюбленный мой супруг, благодарю вас за столь приятные моему сердцу слова. Ваше внимание делает меня счастливейшей женой на свете. Да продлятся ваши дни под этим небом! – в тон ему ответила я.
- Оставьте нас! Я хочу побыть со своей женой наедине. – приказал моим людям Малик.
Ирга помогла мне сесть в кресло и сразу направилась на выход из кабинета. «Иди.» - сказала я Йорфуру мысленно, и только после этого он вышел, остановившись по ту сторону слишком вычурных дверей. Я тут же дала ему возможность видеть моими глазами и слышать моими ушами, чем вызвала у Йорфура секундную дезориентацию, но он быстро освоился.