– За принца дают больше, – как бы невзначай обронила Бледная тень, когда они ушли к окраинам и спустились с крыш в узкие переулки, постепенно заполняющиеся вечерней темнотой.
Черная смерть медленно обернулся, и по едва различимым в сумерках морщинкам в уголках глаз Тени почудилось, как расплылась на его лице широкая улыбка, скрытая за черной маской.
– Принц мне не нужен… – едва начал он, как вдруг с крыши послышался тихий свист.
Черная смерть тут же умолк и быстро огляделся, но из тесного переулка, куда они спустились, крыши было не рассмотреть, лишь высоко над ними синела узкая полоска темнеющего неба.
– Может, это не нам, – шепотом предположила Тень, – просто другие из Лагеря пере…
– Попалась, маленькая черная сука! – с этим яростным возгласом в переулок двинулась огромная фигура, заслонив собой свет фонарей с улицы.
С удивительной для такой туши ловкостью она кинулась на Бледную тень, так что та не успела ничего сообразить. Огромные кулаки уже должны были опуститься ей на плечи, дробя кости, как Черная смерть выдернул ее с места, остолбеневшую и немую от изумления.
– Ты повредился умом, Пасть?! – рявкнул он, отступая вглубь переулка вместе с Тенью, дрожащей у него за спиной.
Вепрева пасть оскалился страшной улыбкой, подобрал с земли огромный серый камень, а затем показал наемнику руку, на которой несколько пальцев оставались мертвенно неподвижными, как парализованные:
– Уйди, Черный, мне только девка нужна! Она мне задолжала на Большой игре!
– Ты чуть не убил Лису прямо в Лагере, а Тень спасла твою шкуру! – возмутился Черная смерть, но осекся: стоило ли распинаться перед тупым боровом, которому ярость застит глаза так, что он готов выступить против убийцы?
«Раз хочет умереть, пусть умрет! Хотя стоит ли связываться, когда проще смыться…»
– Пасть, дави их! – послышался сверху насмешливый голос Вороньего глаза. – Переломай девке ноги, об остальном я и сам позабочусь! Вперед, зверюга!
Он с азартом свистнул, подбодряя борова, и сел на край крыши, готовясь оттуда следить за дракой. Тут же показался его спутник: некто молчаливый наблюдал за происходящим с дома напротив.
И Черная смерть передумал убегать. Он кожей почувствовал подвох и решил, что лучше сперва избавиться от недоумка, чем позже попасть в окружение троих разом.
Вепрева пасть с гортанным рыком бросился вперед, замахнувшись булыжником, но едва сделал несколько шагов, как Черная смерть метнул в него нож и пробил насквозь руку – ту самую, которую на Большой игре ранила Бледная тень. Наемник усмехнулся собственной шутке и обнажил черный кинжал, прикидывая в уме, как именно разделаться теперь с Вепрем. Пока тот, слепой от боли, оглушительно выл и метался по переулку.
Вдруг он застыл на месте, затих, а затем весь обмяк и медленно сполз по стене на землю. Из его шеи торчал маленький чужой нож, и темная кровь толчками текла из раны на светлый камень мостовой.
– Эй! – возмутился Вороний глаз.
– Игра затянулась, а он слишком громкий. Стража ни к чему.
По голосу Черная смерть узнал спутника Глаза и, довольный встречей, не удержался от усмешки:
– Как удачно, что и ты здесь, Последний крик!
Тьма уже сгустилась так, что тело Пасти было едва видно в слабом фонарном свете, тающем в глубине переулка. Только это, как ясно понимал теперь Черная смерть, и останавливало Последнего крика от того, чтобы нанести ему и Бледной тени тот же смертельный удар, какой получил боров. Он протянул назад руку в поисках Тени, чтобы схватить и потащить прочь, обойти дом с другой стороны, забраться на крышу и там… «Чертова бездна, да где она?!»
– Ты бы так не радовался, Черный, – Вороний глаз встал, и послышался тонкий скрип натянутой тетивы. – Тебе Ящер просил передать привет!
«Ящер? По его приказу? Зачем?» – едва успел удивиться наемник, как Глаз продолжил:
– Ну же? Подай голос! Я же в темноте не разберу, где ты и куда передавать послание!
Черная смерть тихо крался, почти не дыша, к углу дома, чтобы скрыться от стрелы вора. Он никогда не слышал, чтобы Вороний глаз отличался особой меткостью, но даже легкое ранение сейчас ни к чему, а случайное попадание прямо в глаз или в шею, если Удача сегодня на стороне врагов, и подавно испортило бы все планы.
Неожиданно темноту разорвал короткий крик боли Вороньего глаза.
– Бездна! – сдавленно выругался он и выпустил из рук оружие.
Лук и стрела с грохотом упали в переулок, вскользь задев Черную смерть за плечо. Сам Глаз полетел бы следом, если бы не Бледная тень, схватившая его сзади за шиворот.