В комнаты Каталь, расположенные прямо над залом, где проходил прием, уже кто-то проник: двое стражников, охранявших двери, сидели на полу, опершись о стену, и вяло пытались разлепить непослушные веки, но ничего не выходило – поработало какое-то сильное снотворное средство. Сердце Аридана радостно забилось: это не мог быть никто другой, кроме Лутты и Танги! Он поспешил внутрь.
И едва увернулся от удара Ржавой лягушки, уже поджидавшей его у двери.
– Бездна и все ее отродья! – шепотом выругалась она. – Что ты тут забыл, Черный?!
Из смежной комнаты выглянул удивленный Лутта, оторванный от поисков заветного предмета в вещах и сундуках принцессы.
– Сейчас же уходим! – Аридан схватил Тангу за руку и с силой поволок к двери. – Только что взяли Лису и Огрызка! Скоро и сюда…
Легкая поступь фыркнул и усмехнулся, гораздо громче, чем следовало бы.
– Значит, они облажались! Удивительно, но ничего, вытащим потом этих дураков!
– Немедленно уходим! – рявкнул в ответ Аридан.
– Спятил?! – Лягушка попыталась вырваться из его хватки. – Мы еще не нашли шкатулку…
Ее возмущения прервал нечеловеческий крик, донесшийся откуда-то снизу и лишь немного приглушенный каменными стенами. А затем – грохот разбрасываемой мебели, торопливые шаги, возмущенные возгласы и истошные вопли. У Аридана мурашки пробежали по спине и противно стиснули грудь. Поступь и Лягушка оторопели и взглянули на Черную смерть огромными непонимающими глазами.
– Разве это не голос принцессы? – едва слышно пробормотала растерянная Танга.
Бесконечные вопросы хлынули на Аридана потоком и заставили теряться в сомнениях. Что происходит внизу? Кто бы посмел это сделать? Тоже те красные? Или кто-то еще? Они опасны для него и Лягушки с Поступью? Они придут сюда? Как выбраться, если их, возможно, уже поджидают?
«Не время рассуждать! Бежать! Бежать!» – рявкнул голос внутри, и какой-то животный инстинкт отозвался мгновенно. Черная смерть потянул растерянную Тангу за собой к двери… Но поздно.
Красные выбили дверь и хлынули в комнаты. Сразу же кто-то вырвал Лягушку из рук Аридана, и она успела только взвизгнуть, как ее скрутили по рукам и ногам. Двое бросились за Луттой, которому бежать из спальни принцессы было некуда, но он все равно, бесполезно пытаясь ускользнуть, заставил их побегать за собой, прежде чем его впечатали лицом в пол.
Несколько красных теснили Черную смерть от двери, но опасались нападать – одному, самому юному и отчаянному, наемник уже рассек черным кинжалом лицо от виска до ключицы, когда тот кинулся сбоку, наивно полагая, что его не заметят. Теперь он отползал к противоположной стене и судорожно прижимал руку к кровоточащей на шее ране.
– Что? Первый готов?
С такой усмешкой в комнату вошла еще одна красная. Она встала в дверях с окровавленным молотком в руке, и Черная смерть обомлел, не веря своим глазам: все ее лицо было залито свежей кровью, а бордовые подтеки и брызги складывались в замысловатые узоры на щеках, подбородке и шее. Она поймала взгляд наемника и ответила ему животным оскалом, отчего Черную смерть прошиб холодный пот, а пальцы, держащие клинок, вдруг ослабели и задрожали.
Красные, заметив его смятение, бросились было в атаку, но остановились как вкопанные, когда женщина грубо гаркнула на них:
– Стойте! Должно быть двое, он лишний. Кто это?
– Черная смерть, – отозвалась из соседней комнаты одна из красных, пока вязала руки Легкой поступи. – Его здесь быть не должно. Планировали взять в «Потрохах» или на выездах из города.
– Да-а-а? – с интересом протянула женщина и откинула с глаз прядь спутанных, пропитанных кровью волос. – Не может быть! Тот самый легендарный наемник? Первый среди убийц, да?
Отчего-то красные заулыбались, а некоторые не стали сдерживать и откровенный смех, как будто женщина только что выдала отличную шутку.
– Уведите воров. И побыстрее, – скомандовала она, не теряя веселости. – А то Голова будет ругаться!
Кто-то из красных растерянно глянул на Черную смерть и открыл рот, чтобы возразить, но получил от своей товарки предупредительный тычок локтем. Они быстро покинули комнаты, уводя с собой Легкую поступь и Ржавую лягушку и волоча своего раненого. Аридан еле сдержал порыв броситься на них в отчаянной попытке покрошить на кусочки всех, кого успеет, прежде чем они достанут его самого.
Но красная только и ждала этого, сверля его глазами – зелено-голубым, колючим и живым, и черным, полуприкрытым, тусклым. На кончиках спутанных темно-медных волос засохла кровь и превратила их в отвратительные бордовые сосульки. «Нет, конечно, это не Волчья кровь. Разве что в бреду могло подобное привидеться!»