Она попыталась прочесть письмо, полученное в купальнях от Грозы, но ничего не разобрала: оно было зашифровано, и только Ящер и Аридан, похоже, ясно понимали его содержание. Но Аридан почему-то решил не делиться подробностями и лишь скупо обрисовал ей общую картину. Родственник королевской семьи прибудет в Риинду на несколько дней, чтобы присутствовать на свадьбе старшего принца Кальда, и это будет единственная возможность его достать, ведь все остальное время он проводит в Лэконде. Об этом городе Айрин имела самые смутные представления, в том числе и потому, что Эрин, жившая в его окрестностях с рождения и ненавидевшая его до зубовного скрежета, давала ему самые отрывочные описания на просьбы Айрин: чертовски далеко, дьявольски холодно, и, если не добрался до Лэконды по морю в середине лета, тогда жди следующего – пока не растает лед, потому как добираться туда лесом и болотами без проводников из коренных отважатся только отчаянные дураки. Отличное место, чтобы спрятаться. Особенно если ты обидел кого-то настолько, что он готов заплатить наемнику за твою смерть: ведь на переправу до Лэконды придется еще сверху отвалить денег, как за десять убийств, а для такого обида должна быть поистине невероятной силы.
Оставалась всего пара недель до свадьбы принца в Риинде, но всем уже бросились в глаза улучшения Аридана. Недуг отступал, его лицо снова оживало, а тело наливалось силами. Но Айрин, проводившая с ним каждый день, сомневалась. Она видела, как боль иногда возвращалась, особенно после тренировок, к которым Аридан приступил, несмотря на возражения Искры. Замечала разницу между прежним Ариданом и нынешним в плавности движений, в ловкости и силе рук и ног, в скорости телесных реакций. Больше всего ее беспокоило то, как Черная смерть привык выполнять свои заказы. Она почти не сомневалась, что когда наступит время, и он решит поделиться с ней планом покушения, то она услышит безумный план по запугиванию с оставлением знаков и предупреждений, с проникновением жертве едва ли не под одеяло, но с непременным оттягиванием момента непосредственного «решения проблемы» на три дня.
Из круговорота тревожных мыслей ее выдернул укол иглы.
– Бездна, – прошипела она, посасывая кровоточащий палец, и взгляд непроизвольно скользнул на принца Лииноина.
Он и Гроза собирались уходить и прощались с Искрой. Айрин заметила бледность и тщедушность мальчишки, а главное, его мертвый взгляд, и опять ощутила жгучий стыд, от которого некуда было укрыться.
Она отвлекла себя другой тревожной мыслью, обычно поглощавшей ее целиком: станет ли она убийцей после возвращения с этого дела, даже если не она сама пронзит клинком их жертву? Может, отказаться, но что тогда? Может, помешать Черной смерти, но получится ли сделать это незаметно, будто свершившееся само собой? А вдруг она помешает, но цепочка событий выстроится так, что пострадает Черная смерть? На этом она каждый раз чувствовала, как в груди что-то тоскливо сжимается, и получала ответ: жизнь Аридана – самое ценное, что у нее сейчас есть, и любыми средствами ее нужно оберегать. А стать ради такого убийцей теперь не казалось ей чрезмерно высокой ценой.
– Держи!
Перед Айрин вдруг возникла Искра с двумя парами блестящих коньков. Еще один повод для беспокойства.
– Когда я сказала ему, что лучше не ехать на лошадях с его-то спиной, я не имела в виду, что расшибиться на льду чем-то для него лучше, – проворчала Искра. – Стоило носиться с ним, как с писаной торбой, чтобы он тут же угробил себя на очевидно дурно пахнущем деле!
Айрин поняла, что Искра говорит о слухах среди лагерных: дело вполне может стать последним для Черной смерти.
– Он все решил и никого не послушает, – бесцветно отозвалась она.
– Это пожалуйста! Большой мальчик принимает большие взрослые решения, – с нескрываемой горечью ответила Искра. – Бездна, зря я…
– Что? – Искра внезапно осеклась, и Айрин переспросила скорее из вежливости, чем из интереса: ей и без того казалось, что она все глубже погружается в какую-то вязкую, мрачную пучину, и не хотелось добавлять к этому чужие переживания или предчувствия.
– Не дай ему тебя угробить, – в ее глазах Айрин снова увидела ту же тоску, что и тогда в купальнях, и ей захотелось провалиться под землю, но Искра уже сменила тему: – А, чуть не забыла: это тебе Кобра просила передать.
Она протянула Айрин увесистый кожаный мешочек с сыпучим содержимым.
– И опробуй коньки и одежду. Я знала одного придурка, у которого на деле порвались новые штаны и спали на колени, он споткнулся, скатился с крыши и сдох.