— Что? — остановился я.
— У нас, у эльфов, каждый оттенок неба имеет своё название, — печально сообщил чернокнижник. — Видишь, какой багровый цвет? Это «цвет гнева»… Н-да… вот не думал, что увижу его в такой момент…
— Какой момент? — не понимал я.
Альфред сощурился и повернулся ко мне:
— Ну, удачи тебе, Бор. Как вы, люди, ещё говорите: «На богов надейся, да сам не оплошай». Будь осторожен, — эльф приблизился и положил на плечо свою руку. — Поверь моему опыту: лишняя самонадеянность может сыграть плохую службу. Боги коварны… их дела и мысли нам не понять… Сегодня они к тебе благоволят, а завтра выбросят на помойку.
Эльф подумал о своём друге Клементе ди Дазирэ: даже тот факт, что он был Великим Магом, нисколько не повлиял на его судьбу. Стал не нужен… или мешал… или влез туда, куда не следовало… Вот и нет его, как нет и многих иных достойных эльфов, людей, гибберлингов… Остаются лишь те, кто хорошо лижет задницу. Ведь пока ты выполняешь возложенную функцию, то нужен. А только свернёшь с пути…
— Ты когда-нибудь хотел начать всё сызнова? — спросил эльф, строго глядя на меня. Его глаза блеснули. — Чтобы ничего не помнить из прошлого, чтобы…
— Чтобы снова повторить те же ошибки?.. Я итак начал жизнь заново. И не думаю, что проживаю её достойно…
— Ясно… ясно…
Альфред сжал губы и, резко развернувшись, пошёл прочь. Я остался один, как вчера и хотел… Но, то было вчера. После вечернего разговора с эльфом, мне стало казаться, что мы несколько привязались друг к другу.
Идти по свежевыпавшему снежку было тяжеловато. Примерно через час я поднялся на небольшое поросшее кривыми соснами плато. Впереди высилась неприступная каменная гряда. Она отвесной стеной шла с юга на север, и мне не виделось никакого, даже маломальского, просвета в ней.
Спрашивается, куда же тогда ушло племя великанов?..
Дед Глазастик пожимал плечами:
— Да почём я ведаю, кто это такие. Мы, гибберлинги, пришли в Сиверию позже вас… людей. Но и до этого на севере уже жили великаны.
С подобными же вопросами о том, кто эти гиганты с Костяной равнины, я подходил и к иным гибберлингам. И лишь только «росток» Осторожных как-то обмолвился:
— Когда мы были в Новограде в позапрошлом году, то слышали от эльфов, что племя исполинов из Сиверии — одно из магических созданий то ли племени Зэм, то ли джунов…
Тогда в Гравстейне я не придал этим словам значения, а сейчас вдруг вспомнил и подумал: «И действительно, кто такие эти великаны?»
Север… или юг?.. Куда идти?
Я крутил головой, всё ещё глядя на скалы.
А, была или не была! И пошёл на север.
Идти было уже полегче. Почти до обеда я брёл вдоль отвесных скал, когда вдруг наткнулся на узкий проход между ними.
Хотя, не совсем уж и узкий, как показалось. Перед входом я нашёл припорошённый полушубок и на основании этого решил, что великаны пользовались этим проходом.
Сняв со спины лук, я натянул тетиву и уже чуть медленнее двинулся вперёд. Едва пройдя шагов десять по ущелью, мне вдруг стало чудиться, что стены начинают сами собой сближаться. У меня даже закружилась голова от испуга.
Я выскочил назад и долго-долго вглядывался в полумрак ущелья.
— Показалось… Твою мать! Не стыдно тебе, Бор? Здоровый мужик, а обделался, как щенок…
Шаг… Стены на месте… Ещё один… третий…
Так постепенно, преодолевая непонятно откуда возникший страх, шептавший на ухо, мол, беги отсюда со всех ног, я стал идти вперёд.
Ширина ущелья составляла сажени три-четыре. Но иногда проход суживался, и мне в этот момент думалось, как тут проскальзывали великаны.
Дорога заняла целый час. Но вот ущелье резко расширилось, и я, прикрываясь валунами, выбрался к громадной площадке, являющейся «каменным мешком».
Впереди было пустынно. Легкий ветерок погуливал среди валунов, вздымая небольшие вихри.
Слева на возвышении виднелось странное сооружение. Это были грубо обтесанные и приставленные друг к другу плиты. А сверху их накрывал длинный плоский валун.
Если это был дом, то весьма примитивный, под стать дикарскому племени великанов… Да и размер на это указывал: для человека он был великоват. Тут толком даже от непогоды не укрыться. Продувает со всех сторон и щелей.
Из глубин памяти выплыло, как я с гибберлингами в Тигриной долине видел нечто подобное: полуразрушенное, занесенное снегом сооружение. Как же тогда Угрюмые назвали его?
На кончике языка вертелось слово. Ещё мгновение, казалось, и я его ухвачу. Как-то… как-то… «ра-…«… «ри-…»
Да Нихаз его дери!..
Всё! Вспомнил: «рёсе». Точно!
И тут же — «дольмен». Да, да, именно так называли подобные «дома» на Ингосе. Эти знания были из прошлой жизни.
Но вот что это? Для чего сделано? — Не известно… Может, великаны использовали их, как святилища? Ну, а сами они кто такие? Стражи, типа тех, которых я видел на острове Безымянного? И что стерегут эти стражи? Неужто руины народа Зэм? Или тайны, которые хранятся там?..
Одна бесконечная череда вопросов… Помнится, кто-то из эльфов в резиденции посла Пьера ди Ардера мне сказал, что в жизни бывает столько нераскрытых тайн, которые раз от раза с завидным упорством стремятся появиться в нашей жизни, что порой начинаешь задумываться, не являешься ли ты сам частью этих тайн.
Я снова огляделся и, никого не обнаружив, потихоньку стал подходить к каменному зданию, держа лук наизготовку. Думаю, здесь от него будет проку больше, чем от иного оружия.
Внутри было пусто. На земле виделся характерный след от костра. Чуть дальше в стороне валялись какие-то обглоданные кости.
Я вышел из дольмена и направился на юг. Там был проход, устремившийся наверх, скорее всего на плато.
После вчерашней бури, воздух стал значительно морознее. Хотя, это могло быть и от того, что я был в горах. А тут, как известно, всегда холодно.
Меня так и тянуло вырваться из этого «каменного мешка». Разум старательно отгонял непонятный страх, вроде того, который внезапно возник перед входом в ущелье.
Все подобные «места» всегда кишат тёмной магией. А она, словно та непонятная болезнь, охватившая моё естество в Гравстейне, после прибытия из посёлка водяников. И она так и стремится въесться до самого мозга костей.
Нет, надо уносить ноги от этого дольмена…
И вообще, — снова корил я сам себя, — зачем согласился идти к дикарям-великанам? Людоеды, это не орки из клана Белого Тигра. С ними не договоришься…
Из-за рыхлого свежевыпавшего снега идти было по-прежнему трудно. Да ещё ко всему прочему, я старался сильно не маячить на отрытых местах, потому двигался укромными тропками, прикрываясь то валунами, то деревцами. Полчаса хода наверх и моим глазам предстала громадная равнина, местами поросшая небольшими хвойными рощицами. Здесь было тихо-тихо. И это расслабляло.
Мандраж немного утих, и меня начинало клонить ко сну. Я нашёл укромное местечко для небольшого отдыха. И только присел среди малорослых сосен, как ощутил насколько устал.
В конце концов, я не семижильный, — промчалась последняя мысль, и глаза, вроде как всего на секунду прикрылись.
— Бо-ор! — прошептал женский голос. — Бо-ор-р…
Я хотел повернуться, но тело сковала неимоверная усталость.
— Стояна?
— Я-я-я…
— Всегда хотел спросить: что с тобой случилось? Почему ты приходишь только во сне?.. Стоп! Я сплю? Ничего себе…
Мне и не думалось, что мой разум мгновенно заснёт. Мысли были тягучими, будто измазанными в киселе. Сознание начало тонуть в сонной мути.
— Быстрее, Бор! Надо быстрее… Не спи же, торопись!.. Да, вставай же ты!
— Куда?.. Куда мне торопиться? — пробурчал я, не в силах открыть глаза. — Всегда хотел у тебя спросить: ты мертва?
Лицо друидки перестало быть бесформенной массой и, наконец, обрело чёткие границы.
— Нет… я всё ещё жива… пока ещё жива…
— Ты являешься ко мне… куда-то всё время зовёшь…
— У меня уже нет сил приходить к тебе. В последний раз… в последний раз тебя зову…