Мужчина предъявил норвежский паспорт. У его жены был российский. У пожилой женщины, державшейся за локоть жены, тоже.
— Ларс Хенриксен, — сказал мужчина. — Оксана Хенриксен. И Людмила Соколова, её мать.
В списке находились только Ларс и Оксана.
— На вашу мать подтверждения нет, — сказала Анна.
Оксана будто не поняла.
— Она зарегистрирована. Мы звонили вчера.
— Здесь её фамилии нет.
— Ей семьдесят четыре. Она не может остаться одна.
Ларс положил ладонь на стол.
— Внесите её.
— Я не могу.
— Почему?
Анна посмотрела на Эрика. Он стоял в нескольких шагах и слышал разговор.
— В автобусах ограничено количество мест.
— Я заплачу.
— Дело не в деньгах.
— Всё всегда в деньгах.
— Сейчас нет.
За воротами кто-то начал стучать металлическим предметом. Охранники оглянулись.
Людмила Соколова держала в руках маленькую хозяйственную сумку. Из неё торчал вязальный свитер. Пожилая женщина не просила и не спорила. Она уже поняла всё раньше дочери.
— Я останусь, — сказала она.
— Нет, мама.
— У меня квартира. Запасы есть.
— Какие запасы?
— Крупа.
— Ты не можешь одна.
Ларс повернулся к Анне:
— Мы все едем или никто.
— Ларс, — тихо сказала Оксана.
— Никто.
Анна видела, как за ними ждут другие люди. Время уходило. Она могла позвать охрану, могла повторить правила, могла предложить Оксане выбирать между мужем и матерью.
Вместо этого она взяла ручку.
— Людмила Соколова, дата рождения?
Эрик шагнул ближе.
— Анна.
Она не подняла головы.
— Дата рождения?
Пожилая женщина назвала.
Анна вписала её в графу «зависимый член семьи». Формально категория относилась к несовершеннолетним и людям, нуждавшимся в постоянной медицинской помощи. Ни один пункт не уточнял, кем именно должна подтверждаться необходимость помощи.
— Проходите в зал, — сказала Анна.
Ларс забрал документы. Не поблагодарил.
Эрик подождал, пока семья отойдёт.
— Если так сделаете ещё девять раз, автобус станет двухэтажным.
— Я сделала один раз.
— Теперь откажите следующему.
— Откажу.
— Сможете?
Анна посмотрела на людей за воротами.
— Нет.
— Тогда я встану здесь вместо вас.
— А кто составит окончательный список?
— Тот, кто умеет считать до восьмидесяти восьми.
Он забрал планшет и занял её место.
Анна вернулась в здание.
* * *
В зале приёмов сняли все стулья от стен и поставили рядами. На них сидели семьи с сумками. Дети заряжали телефоны от одной длинной колодки. Кто-то раздавал бумажные стаканы с водой.
На экране телевизора шли обычные новости. Ведущая рассказывала об ограничениях движения на Дальнем Востоке. За её спиной показывали пустую трассу и людей в форме. Слово «вирус» не звучало.
В нижней части экрана появилась строка: жителям Москвы рекомендовано воздержаться от необязательных поездок.
Люди в зале начали звонить родственникам.
Анна прошла в свой кабинет и закрыла дверь.
На телефоне было сообщение от матери:
«Дети рядом. У нас спокойно. Не переживай».
Анна набрала видеозвонок. Изображение появилось не сразу. Сначала экран был чёрным, потом возникла кухня в Веге. За окном стекло серело от мелкого дождя. Мать держала телефон слишком близко, поэтому Анна видела только её лоб и один глаз.
— Мам, отодвинь немного.
— Так?
— Да. Где дети?
— Собирают дрова с соседями. Не хотела их пугать.
— Правильно.
— Что у вас?
Анна посмотрела на закрытую дверь.
— Нас вывозят.
— Куда?
— Не знаю. Возможно, в Финляндию.
— Тогда приезжай сюда.
— Постараюсь.
Мать замолчала.
— Только не геройствуй, Аня.
— Я не геройствую.
— Ты всегда так говоришь перед тем, как начать.
Связь застыла. Лицо матери рассыпалось на крупные квадраты. Через несколько секунд звонок прекратился.
Анна не стала перезванивать. Она открыла шкаф и достала приготовленный рюкзак.
В нём лежали два паспорта — российский и норвежский, дипломатическое удостоверение, папка с копиями документов детей, тёплая одежда, аптечка, фонарь, зарядное устройство, две бутылки воды, шоколад и упаковка сухого печенья.
Анна добавила бумажный блокнот, ручки и маленькую фотографию, стоявшую на столе. На ней они с Алексом и детьми сидели у воды в Веге. Алекс щурился от солнца, а младший ребёнок держал перед лицом найденное птичье перо.
Рабочий ноутбук не поместился. Анна вынула его из чехла, удалила личные файлы и оставила на столе.
На экране компьютера всё ещё был открыт список.
Девяносто восемь фамилий.
Восемьдесят восемь мест.