К сожалению, она не могла так же успокоить Бледного Короля.
В общем-то сам Бледный Король не желал ничего забывать или отпускать, совершенно погружённый в решение проблемы. Его контратака на Лучезарность дала результат, заставила её отступить, но Чума продолжала заражать Королевство, а потому он спешил, снова и снова обращаясь к своему дару, видя итог своих стараний, но не видя пути к нему. В конце концов, Бледный озвучил Белой Леди то ужасное условие, которое навсегда покроет позором их обоих.
Я остановился, вынырнув из моря воспоминаний. О продолжении думать становилось тяжеловато, да и всё, что мне требовалось, я вспомнил. Главное, что Корень готова спасать Королевство, желая этого своей собственной душой, чувствуя себя обязанной перед супругом и перед потомками. А значит, она сделает всё, чтобы уговорить Хорнет совершить… То, что необходимо.
— …Что же, я начинаю понимать, почему Бледный сбежал в Грёзы… — проговорил я себе под нос. Которого у меня не было. Но выговориться хотелось, а из-за того, что Прайт находился со мной в одной комнате, говорить громко было нельзя.
Последний доклад о делах в Городе Слёз меня очень, очень не обрадовал. Пятнадцать заболевших за день, шестерых пришлось уничтожить, причём одним из убитых чумных оказался крылатый часовой. Утрата неприятная и пока невосполнимая. В Грязьмуте и деревне Перепутья всё было спокойно по этой части, зато Корус отписался, что держатели ресторана из блюд опарышей покинули Королевство, а сами опарыши разбрелись по Перепутью. Что же, получается, ускорились события, предшествующие третьему заражению? Или оно всё ещё в далёком будущем? Могли ли мои действия как-то дойти до Лучезарности и взволновать её?
— Повелите смягчить патрулирование, — сказал я Прайту, пытаясь отвлечься от мыслей об туманном будущем. — Стражи выматываются, не могут толком отдохнуть, вот одного из них и зацепило Чумой.
Полумера. Но помочь в общем-то должна.
— А что делать с жителями? Некоторые из них требуют возвращение строгого карантина.
— Причём сами сидят в Восточной части города, но требуют для Западной, — поморщился я. — Никакого ужесточения. Уже не поможет, а так мы хотя бы видим, где происходят вспышки, и успеваем на них среагировать.
Прайт не мог даже усомниться в правильности действий Короля, а я вот мог. И чтобы совсем не скиснуть, я вышел из кабинета вслед за Прайтом, но не пошёл с ним вниз по лестнице, а поднялся наверх. В одной из комнат Старый Мастер обустроил свой мини-курган, подобно племяннику натаскав всякой дряни, и ещё подвесив на пике, отобранной у одного из часовых, череп Мастера Душ. Правда, я против этого украшения нисколько не возражал, даже напротив. Тут ему и место, гаду.
— Итак, вы готовы дать ответ, который я жду?
Улитка, восседавший на удобном мягком пуфике, держа в левой лапке свой новый посох, покосился на меня неприязненным взглядом.
— Я ведь просил дать мне больше времени.
— Я и так дал больше, чем мог. Призрак зашёл в Деревню Богомолов. Если он выйдет оттуда живым, он попадёт в Город Слёз — или через главные ворота, или через Стоки.
— Если то, что я слышал о богомолах, правда, боюсь, Призрак войдёт в ворота уже в роли призрака, хе-хе-хе.
Смех у него оказался куда более зловещим и раздражающим, чем у племянника.
— Это лишь предположение, — заметил я. — Я же уверен, что он справится с ними. Малыш выстоял против Хорнет.
— Но она была одна, а Сестёр — три. И они точно захотят бросить вызов такому удивительному существу.
— Или он захочет бросить вызов им. В любом случае, я ничего не могу сделать в этом отношении. Призрак сам выбирает свой путь, — я пристально посмотрел на улитку. — И если он войдёт в Город Слёз, то я немедленно приступлю к освобождению твоей сестрицы, а значит, у меня не будет времени тренировать заклинание Пике.
— О-о-ох, больно многое ты знаешь о моём заклинании, — проворчал улитка. — Но оно ещё не готово до конца.
— Вряд ли оно вообще когда-нибудь будет готово. Вы шлифуете свои заклинания снова и снова, но суть их всё равно остаётся неизменной. Мстительные Духи будут точно такими же, как и Воющие. И твоё Пике не изменится особо.
— Это оскорбительно!