— В таком случае позаботимся о Безымянной.
Усилиями мотылька наша старушка вскоре открыла глаза, посмотрела на нас и устало закрыла их вновь. Но всё равно задышала улитка ровнее, и, по-видимому, худшего можно было не опасаться.
— Ну вот, всё будет в порядке-е-е, — певуче произнесла Провидица, сначала кивнув Шаману, а только затем повернувшись ко мне. — Что вы хотели узнать про Грёзы, Ваше Величество?
Я устроился на подушках поудобнее.
— Грезящие. Ты ведь видела их памятник? Можно ли как-нибудь вывести их из Грёз? Если не телесно, то хотя бы, не знаю, душу их вытащить?
Бабочка посмотрела на меня таким взглядом, что сразу стало ясно, такого вопроса она не ждала.
— Ваше Вели-и-ичество… — в её голосе послышалась неподдельная скорбь. — То состояние, в которое вы погрузили ваших подданных, невозможно разорвать. Их Сущность связана с Грёзами, не просто душа или тело.
— А что такое Сущность?.. Я всегда думал, что это нечто вроде души…
— Сущность — это наши воспоминания и воспоминания о нас, — назидательно произнесла мотылёк. — Это то, что поддерживает наше существование за пределами реального мира. Когда Сущности много, ты можешь даже проявить свой образ в этом мире…
— Призраком?
— Да. Грезящие вошли в Грёзы всей своей сущностью, поэтому ты можешь беседовать с ними в обеих мирах. Они менее ограничены, чем призраки, они осознают своё положение, поскольку не мертвы, а лишь спят. Но вырвать их из этого сна невозможно. Они связаны с Грёзами навечно.
Что же, я особо и не надеялся.
— Тогда у меня есть ещё один вопрос. Лучезарность. Можно ли её принудительно вытащить в реальный мир?
Глава тридцать вторая. Точка невозврата
Оставив Шамана у Провидицы и отослав Юнти предупредить нашего богомола, что он может покинуть свой пост, я с Солдатами Улья прошёл на вокзал и отправился в Город Слёз. Призрака брать с собой я не стал — он носился по кладбищу и собирал Сущность, напитывая ею древний клинок, так что отрывать его от этого дела смысла не было. И сам доедет, вместе с улитками. А медлить я не мог, потому что чувствовал себя гораздо спокойнее, когда знал, что столица ещё не захвачена Чумой, и не встретят меня вместо живых жуков одержимые оболочки — оттого и хотелось поскорее в Город Слёз вернуться.
Прибыл я для разнообразия на Вокзал Короля, и от него неспешно прошёл до Святилища, проверив по пути пару постов с часовыми, да кивнув Хегемолу. У того как раз закончилось дежурство, и он проводил меня до Святилища, привлекая внимание немногочисленных прохожих своими сверкающими доспехами. Как бы жуки не переживали из-за Чумы, вид Великого Рыцаря поддерживал их морально, и взгляды их были хоть и удивлёнными, но радостными. Что же, я тоже пребывал в само радостном настроении.
Да, теперь мне предстояло в самом скором времени спуститься в Бездну, но на моём столике в вазе стоял Вечноцвет, да и Призрак пойдёт рядом, так что бояться было нечего! Главное, я теперь мог надеяться на то, что собственная мать убедит Хорнет разбить Печати, а значит, мир будет спасён! Поднимем детишек из Бездны, поучим махать гвоздями и бить заклинаниями, а там… Но я не успел подумать, что будет "там".
Я как раз вошёл в кабинет, и сразу заметил, что к столешнице прибит костяной иглой — чем-то вроде местного метательного оружия — листок бумаги. Мда, судя по всему, богомолы прошляпили появление почтальона, что пользуется иглами для доставки писем… Ненадёжные из них получились телохранители!
"Ваше Величество. Я жду Вас в месте, где некогда стоял Ваш дворец".
Хорнет. Подписи не было, а почерка её я не знал и не помнил, но я был уверен что письмо оставила Хорнет. Да и вообще, кто ещё мог мне дать такое приглашение? Но почему она не явилась сама? Не сказала всё устно?
Пока я размышлял об этом, за моей спиной раздалось жужжание, а затем в комнату поспешно влетела пчёлка. Хотя я их не особо различал, она вроде не была похожа на тех, что выделила для меня Веспа. Вдобавок, пчёлка несла в лапах небольшую табличку, которую аккуратно передала мне.
Символами Халлоунеста на ней было написано следующее:
"Бледный Король Пэл. Дитя было у меня. После разговора я отослала её к Белой Леди. Она ещё не приняла неизбежность, но на пути к этому".
Витиевато написано, но смысл понятен — Веспа уговорить Хорнет не смогла. Но наверняка этот разговор даром не прошёл, а Белая Леди должна, обязана довести дело до конца. А может быть, уже довела? Поэтому Хорнет и написала мне записку? Решилась, и теперь хочет поговорить без свидетелей, вдали от шума Города… Это можно понять, не каждый день ей велят убить свою мать!