— Тут даже скамейка есть, — хмыкнул я, проходя мимо неё. — Можно посидеть, кхм, на дорожку.
Потомки не ответили и не остановились. Да и я тоже.
Наконец, мы вошли в просторное помещение. В четыре стороны по-диагонали здесь были натянуты белоснежные цепи, увитые вязью защитных — или в данном случае сдерживающих — символов. Цепи оплетали тело высокого Сосуда, стройного, с маской, имевшей очень сильно вытянутые чуть ли не до длины тела трижды зазубренные рога. Плечи его закрывали три массивных наплечника, по телу спускался плащ. Уже не белоснежный, запылённый, выцветший, однако и не грязный, как в игре, когда телом Сосуда владела Лучезарность.
Из пола перед ним торчал Чистый Гвоздь. Последняя линия защиты.
Он поднял массивную голову, глядя на нас. Бессмысленно или нет? В нём была мысль, и я это знал и по-игровому, и душой Короля. Мысль, которую он сам внушил Сосуду. Мысль, которая могла погубить Халлоунест.
— Цепи, — велел я изменившимся голосом, сам его не узнавая. Хорнет и Призрак разделились к левым и правым цепям, гвоздь и игла впились в металл. Призрак рубил звенья, Хорнет расшатывала скобы. Не важно, любой способ годиться.
Клац! Цепь от Призрака взвилась в воздух, по телу Чистого Сосуда пробежала рябь дрогнувшей Печати. Она ещё не улеглась, а уже пробежала и вторая волна, это Хорнет справилась со своей цепью.
Я смотрел на Сосуд. Что он сделает, когда освободится? Наброситься на нас? В него вложена задача защищать себя, и раз уж даже Верующие в Гнезде могут почувствовать намерение гостей убить их госпожу, то Сосуд уж наверняка понял, зачем мы здесь. Но осмелится ли он пойти против Короля? Вот сейчас и выясним, как раз звякнула, обрываясь, ещё одна цепь. Хорнет снова справилась со своей мгновением позже, однако приземлилась рядом со мной одновременно с Призраком.
Чистый Сосуд свалился тоже, согнув колени и упав громко, но для себя достаточно мягко. Он не поднялся, так и остался сидеть, глядя на меня пустыми глазами. Только на меня одного. Это было капец как жутко!
И тут я почувствовал его мысль. Не прочёл, Гвоздя Грёз, который можно открыть тайны сознания, у меня не было. Просто почувствовал. Может, даром Короля, может, потому что читал об этом в Вики и знал, чего ожидать.
"Отец?.."
Мысль, затаившаяся в Сосуде… Мысль, которую случайно заронил в своё детище сам Бледный Король.
Теперь всё встало на свои места. Король гордился всем, что создал. Сначала он относился к Чистому Сосуду больше как к вещи. Но постепенно он стал испытывать симпатию к своему потомку, растущему сильным, могущественным существом. К тому же, в нём жила часть Короля, пусть и изъеденная, поражённая Пустотой. Всё это заставило Бедного Короля один-единственный раз назвать Полого Рыцаря своим сыном. И Чистота Сосуда поколебалась. У него не было разума в привычном смысле слова, но мысль о родственной связи с Бледным засела в нём и открылась Лучезарности. Не думаю, что после этого ей составило большого труда развивать Грёзы Чистого Сосуда в нужном направлении.
Хм… А что, если попробовать воспользоваться этим же?
— Я не твой отец, Полый Рыцарь, — сказал я, заставив себя подойди ближе. Блин, он сидячий казался огромным, сейчас если встанет… Ты куда только так вымахал, дылда? — Но я постараюсь сделать так, чтобы ты оставался его сыном.
А не сгустком Пустоты без панциря.
— Призрак, давай, пока он не очухался, — прорычал я через плечо.
Призрак уже был наготове. Гвоздь Грёз ударил по Сосуду, и… Ничего не произошло. Чёрт! Неужели для того, чтобы пробраться к Лучезарности, мне надо будет проделать в нём дыру?
— Призрак, бей ему в глаз, в глазницу, а не по панцирю!
Кажется, Чистый Сосуд что-то заподозрил. Смысл слов он понимал, да и удар Гвоздя Грёз почувствовал. Но Призрак, умница, направил оружие остриём вперёд и ударил точно в глаз на лице-маске Чистого Сосуда. Ну же, блин, достань до тела!
Из клинка вырвался сноп искр-Сущностей, а Призрак повалился на пол. Получилось?
— Хорнет!
Чистый Сосуд застыл, не реагируя ни на что. Я направил силы на него, пытаясь раздёрнуть завесу его Грёз. Похоже, Призрак ослабил его защиту, а может, и вовсе угасил — в любом случае проход в золотистые просторы Грёз открылся легче, чем я думал. Принцесса Халлоунеста уже стояла наготове, и по моему кивку прыгнула вперёд. А я сбросил плащ Шамана, сжал в пальцах Вечноцвет и шагнул вслед за ней, успев подумать о том, что ступаю на эшафот.