И в этот момент я почувствовал леденящий уже мою собственную душу страх. Взглянув вниз, я увидел, как откуда-то из глубин Грёз поднимаются вверх чёрные щупальца Пустоты. Целое море тьмы взбиралось по Грёзам Лучезарности, ведомое Сердцем Пустоты, и Родственные Души подлетали над нею, ведя за собой щупальца. Лучезарность задёргалась, пытаясь взлететь, но чёрные щупальца с неожиданной быстротой поднялись по краям платформы и опустились на неё, хватая за крылья, за металлические задние лапы, оплетая шею.
Дикий вопль Лучезарности ударил по мозгам. Извернувшись, она ударом крыла отбросила от себя Призрака, а сама изогнула голову и лучом чистого света скользнула по щупальцам, разрубая их и высвобождаясь. Снова закричав, богиня поднялась над полем боя, оставляя нас на островке, окружённом щупальцами. Хорнет, цепляясь за рога-колонны, что-то прокричала сверху, но я её не слышал.
Призрак дрожал. Что-то билось внутри его панциря, желая вырваться. И я знал, что именно.
— Пэл! Платформы!
Я поднял голову. Высоко над нами в воздухе стали появляться натурально платформы, тёмные, похожие на скрученные панцири. Что-то подсказывало мне, что создавала их вовсе не богиня.
— Хорнет, вверх!
К её чести, она сначала спрыгнула к нам и впилась иглой в одну из платформ, прижав меня к себе и протянув лапу Призрака. Тот перестал дрожать, помотал головой и сам взмыл на платформу при помощи Крыльев. Хорнет натянула иглу и мы вместе с нею поднялись выше, а Пустота совсем по-игровому устремилась за нами.
— Вот теперь точно вверх, — торопливо сказал я. Хорнет и Призрак были ловчее меня, не хватало их задерживать. — Поспешите, пока она не начала стрелять.
Хорнет не всё поняла, но кивнула и прыгнула на платформу повыше. Я — за ней. Судя по тому, как тяжело было допрыгнуть до каждой, это ещё с жучино-божественной ловкостью, Призрак воссоздал эти платформы на основе своей памяти о подъёме с Бездны. Цепляясь когтями, я с трудом поспевал за сиблингами, очень быстро взбирающимися вверх, но при этом ещё успевал частью сознания позлорадствовать — вот, почувствуй, Бледный, хотя бы своим телом, как нелегко приходилось твоим сыновьям!.. Ну и дочерям.
Ликование, впрочем, быстро ушло. Лучезарность, видя, что мы догоняем её, стала шарахать вниз своим золотым лучом. К счастью, ей приходилось выбирать между бешено скачущей Хорнет и то и дело взмывающим на Крыльях Призраком, так что на меня она внимание не обращала. Её луч сверкал часто, но Сосуд и принцесса перемещались для неё слишком быстро.
Хотя… Какой же он Сосуд. Уже нет.
Я ощутил неприятное покалывание в пальцах. Вечноцвет удержал Пустоту, которая подобралась совсем близко, но он не мог противиться целому морю, затопившему Грёзы, и я заставил себя прыгать дальше ещё быстрее, хотя внутри всё так и холодело от мысли, что вот я сейчас промажу мимо платформы и грохнусь в Пустоту. Но грохнусь спасаясь, а не покорно её дожидаясь! Вконец замучившись, я всё же выбрался на последние две платформы, между которых зависла Лучезарность, пытаясь отбиться от брата и сестры.
Гвозди летели во все стороны, золотой луч то и дело крестом расходился от тела Лучезарности, вспарывая Пустоту. Хорнет прыгала и вертелась в воздухе, переворачиваясь через голову, её игла то и дело находила цель. Призрак не уступал сестре, перемещаясь при помощи то Монарших Крыльев, то Теневой Накидки. Он пролетал над головой Лучезарности, успевая ударить её гвоздём по короне, и падал на платформу с Хорнет, а та в тот же миг совершала свой прыжок, оплетая по пути Лучезарность Шёлком. На её мантии я увидел чёрную отметину, однако Белый доспех выдержал удар луча Богини.
— Да когда же ты сдохнешь… — вырвалось у меня. Вот ведь живучее божество!
Лучезарность подыхать не собиралась, более того, теперь сверху на моих детишек обрушился дождь из гвоздей. Я опустошил весь запас Душ на мощный, продолжительный луч, проведя им по направленным вниз клинкам, перерубая одни и отбивая прочь другие. Хорнет использовала иглу, оплетая Лучезарность за левое крыло и дёрнув её к себе, а Призрак взвился в воздух и шарахнул ещё одним Воплем Бездны. Он зацепил Лучезарность лишь боковой стороной, но при этом её так и тряхнуло в воздухе. Я уж думал — упадёт, но нет, она и на этот раз устояла.
Но это было уже последнее издыхание Богини. Игла и Шёлк, гвоздь и Пустота в улиточных заклинаниях подкосили её силы, луч бил совсем не точно, больше ударяя в Пустоту, которая теперь была не только морем: взмывшие Родственные Души сгустили её в воздухе, свет Лучезарности померк, казалось, что мы оказались в центре грозы, только без молний и грома, но с пронизывающим ветром и сверкающими глазками Родственных Душ повсюду. Лучезарность ещё удалось разок зацепить Призрака, но он даже не тратил времени и Души на лечение, ударив её Мстительным Духом; Хорнет, подпрыгнув вслед в воздух, призвала нити и добавила по Лучезарности своей магией.