За стеной открылось мрачное, затхлое пространство. Тоже пока ещё сухое.
Влезать в мрачную тёмную дыру… Что-то не таким я представлял себе своё приключение в облике божественного жука. Но делать было нечего, так что я полез, поглядывая при этом наверх, потому что в этой дыре обитали местные жукоптицы. Очень любящие взрываться в попытке защитить своё гнездо. Разглядеть что-либо под потолком даже моим весьма совершенным сумрачным зрением оказалось трудновато, но вроде бы ничего живого там пока поселиться не успело, так что я осторожно, но быстро стал продвигаться дальше. В одном месте мне попалась лестница, но подниматься я не стал, а шёл дальше, пока впереди не забрезжил свет. Перебираясь через мокрый, склизкий камень, я подошёл к проёму во внешней стене Города Слёз.
Снег. Так можно было подумать, глядя на лежащие на камне белые сугробы. Но я знал, что это чешуйки от трупа Черва — первого тела Бледного Короля, тела гигантского и очень могущественного существа, для которого даже смерть была всего лишь перерождением. Чешуйки сыпались с неба бесконечным снегопадом, почти так же, как бесконечным дождём проливалась вода из озера над Городом Слёз. Отчасти это было красиво. Отчасти — противно. Но в любом случае пока не было иного пути до Улья, на трамвае к нему уже не доехать.
Вот что странно, но дорога до Улья мне была неизвестна даже по памяти Короля. По-видимому, тот не горел желанием посещать Край Королевства и взирать на свой собственный труп. Вполне можно понять. Но зато я помнил, что по игре Улей находился ниже уровня стен Города Слёз, и в общем-то вниз и назад вела протоптанная в "перхоти" дорога. Нет, не протоптанная, а скорее раздутая от движений крыльев низко летящих существ. Я пошёл по этой тропе, очень скоро оставив позади сугробы отмирающей чешуи и оказавшись на голом камне.
Почему-то мне новый пейзаж не понравился ещё больше. Сверху нависала громада стен Города, так что местность пребывала в полумраке, а камень подножия столицы неприятно давил психологически. И звуки тут вообще были… Нехорошими. Тихо пузырилось кислотное озерцо, плыл над камнем густой обволакивающий туман, скрывая что-то скрежещущее, что-то пищащее, шепчущее. Гадость Сам камень тоже казался каким-то уж слишком тёмным, мокрым, противным не в меньшей мере, чем сугробы из чешуи. И ещё тут присутствовало постоянное жужжание. Едва слышное, прям на грани слуха, но оно наполняло воздух неприятным звоном.
Вдобавок это жужжание заставило пробудиться ещё одни воспоминания из игры: светлый Улей, залитый мёдом и золотым отблеском сот, который, по сути, был склепом с обречёнными обитателями и гниющим телом гигантской Королевы. Мне всегда было как-то неприятно проходить эту локацию, она воспринималась гнетущей, невзирая на то, что была такой вот светлой и со множеством противников. В общем, воспоминания тоже радости не прибавили. Вдобавок, я понятия не имел, где мне в реальности отыскать вход в Улей. Похоже, в этом вопросе мне придётся положиться на удачу.
Однако, удача мне в тот день явно благоволила, потому что очень скоро я наткнулся на двух пчёл. Это были приятные внешним видом пушистые существа размером с мою голову, летающие над камнем и, по-видимому, разыскивающие местные цветы. Хотя и трудно представить, чтобы какой-нибудь цветок выдержал столь крупную особу!
— Эй, вы! — обратился я к ним, скинув капюшон, чтобы подданные пчелиной матки сразу меня узнали. — Сообщите королеве Веспе, что Бледный Король желает её аудиенции.
Пчёлы посмотрели на меня внимательным, но не совсем разумным взглядом. Они вообще меня поняли? Едва я успел об этом подумать, как одна из них сорвалась с места и полетела дальше по дороге. Что же, будем надеяться, что летит она домой. В любом случае какое-то время я могу подождать, так что я присел на один из камней, очень надеясь, что конденсат на нём не был кислотным.
Ждать пришлось минут десять. Я уже начал волноваться насчёт возможной коммуникации, когда пчёлка вернулась, а следом за ней, совершенно внезапно и напугав меня до чёртиков, появился из ниоткуда крупный… Пчёл.
Это был не простой обитатель Улья. Пчёлы Веспы за исключением её самой были зооморфными, на двух лапках не ходили, а этот вот ходил, имея всего-навсего четыре лапки, две нижних и две верхних. Но лапки крепкие! И ещё он носил латы в виде наплечников. И был вооружён длинной иглой из металла, а не собственным жалом. В общем, натурально соответствовал своему имени — это был Рыцарь Улья.