— Долгое время не было у меня стольких гостей сразу, — мотылёк засуетилась, уйдя куда-то вправо, где у неё, похоже, был то ли склад, то ли кухня. — Что бы сказали мои предки, если бы увидели, кто явился в мой дом!
— Неужели ты недовольна моей персоной? — усмехнулся я. — Или, скажем так, ты ждала иного? Того, кто придёт к тебе, м-м-м, внимать в СУЩНОСТЬ происходящего?
Мотылёк так и дёрнула крыльями от моих слов, а взгляд фасеточных глаз забегал по всему дому. Ага, милая, знаю, всё знаю, ничего ты от меня не укроешь. Сущность — это шарики света, воспоминания, помыслы, частицы души живых созданий, которые питают энергию Гвоздя Грёз. Получив Гвоздь, Призрак отправлялся собирать Сущность по всему Королевству, чтобы раскрыть весь потенциал мотылькового оружия. Хотя, тут вернее сказать "орудия".
— Вы знаете про Сущность? Но ведь… Это должно было быть скрыт даже от вас… — между тем бабочка совсем растерялась.
— Да, я знаю. И не возражаю. Ты вот не могла знать, насколько важен Гвоздь Грёз, — прямо сказал я. — Но я не собираюсь отнимать его у тебя, если ты и дальше будешь хранить его для Гвозденосца. Однако, местность эта опасная. Скоро живые мертвецы и обезумевшие оболочки будут бродить по тропам Земель Упокоения.
— Увы, это неизбежно.
— Возможно, что и "избежно". Не хотела бы ты перебраться в более светлое и безопасное место? И мне было бы гораздо спокойнее, если бы Гвоздь Грёз находился у меня под лапой.
Мотылёк наконец нашла нужное. Намешав в неглубокой плошке из осколка панциря какого-то животного странный состав, похожий на густую кашу, она подошла к спасённой. Шаман уступил ей место.
— Я не оставлю это место, Владыка. Древний долг моего народа велит мне хранить покой усопших. К тому же, именно здесь я встречусь с Гвозденосцем, как и было предсказано.
— Ну, предсказания — штука тёмная. Я вот тоже многое предсказал, да только толку от этого не вышло, да? Так что не думай о будущем, оно меняется от действий в настоящем. Лучше вот о чём поразмысли: хранить могилы тебе незачем и не от кого, от тел мёртвых сейчас принято избавляться, а не оставлять оболочки в дар для Чумы. Когда же Гвозденосцу придёт час с тобою встретится, ничто не помешает тебе вернуться в дом. Ну так и чего тебе тут чахнуть?
Мотылёк ничего мне не ответила, занимаясь жуком. Ну, подумай пока.
— Я пойду на вокзал, встречу Изму, — сказал я Шаману. Тот кивнул.
…Изму мне пришлось немного подождать, так что я занял себя тем, что порасспрашивал Топота о последних днях Халлоунеста. Жук припомнил, как пришло распоряжение закрыть рогоходы. Невозможно передать, какая тоска охватила рогачей, когда вокзалы один за другим оградились решётками. Впервые за много лет вся стая, полностью, собралась в их гнезде, но не было ни обсуждений поездок, ни рассказов о том, кто какую персону в тот день провозил. Тревожное ожидание затягивалось, самки перестали откладывать яйца, старые рогачи отказались пить и есть, а молодые чахли, ничем не занимаясь. Они по сути умирали от безделья. Сколько длилось ожидание, никто не то что не знал, но даже и не измерял, поскольку любой подсчёт времени без пассажиров был для них просто мучительной пыткой.
Под конец его рассказа появилась и Изма. И не одна! Её сопровождала очень высокая и тонкая даже для жука леди в белом доспехе, несколько похожем на плащ. Хрупкость девушки компенсировало оружие: на своём плече она без каких-либо усилий несла Великий Гвоздь. Да уж, оружие реально было великовато, с меня длинною, таким Мастера Душ можно было перерубить пополам!
— Добрый час, Вашэ Величество, — произнесла она тихим, но вполне различимым голосом, причём с акцентом, схожим с тем, что имела дочь Предателя. — Вы призвали Зэ'мер, и явилась она.
— Чему я очень рад, — ответил я. — Изма поведала тебе о наших делах?
— Одну весть отрадней другой, — Зэ'мер пошевелила длинными антеннками. — Возвращение К'роля и спасенье ученицы моей — истинно чудо.
— То ли ещё будет. Тем не менее, прежде чем увидеться с нею, я попрошу тебя помочь мне с дальнейшим освобождением Города Слёз. Его Западная часть вернулась под мою власть, но Восточная…
— Мой гвоздь готов служить вам, Вашэ Величество, как служил во все времена.
Отлично.
— Чудесно. Дождитесь меня, я скоро вернусь.
Оставив Рыцарей, я поднялся к домику мотылька, по пути поглядев на заднюю стенку пещеры. Да, ответственно её народ подходил к задачам кладбищенского сторожа: проход к могилам известных фигур Халлоунеста закрывал люк покрепче, чем городские врата. С такой защитой с могил цветочки и сладости не своровать.