— Однако, неподалёку отсюда вроде как есть деревня.
— Это та, что на востоке? — к моему удивлению, в голосе улитки послышалось презрение. — Небольшая такая деревушка, появившаяся ещё во времена процветания Халлоунеста. Только большинство её жителей — представляешь? — даже и не представляли, что за горной грядой рядом с ними раскинулось целое королевство. Просто торговали вблизи торгового тракта, чинили повозки, с того и кормились. Сейчас-то она и вовсе должна была захиреть.
— Ты разве там бывал? — изумился я. Улитка в свою очередь невозмутимо подёргал плечами:
— Да, давным-давно. Я ведь не родился здесь, пришёл издалека, и до того, как вступить в Халлоунест, изучил окрестности. Уже тогда эта деревушка представляла собой всего лишь несколько домиков, где можно было только лишь накормить скакунов и отдохнуть перед тем, как продолжить путешествие. Так что не думай, что твоё существо могло многому научиться у местных обитателей.
— Пожалуй, ты прав. Но путешествие по Халлоунесту точно на него повлияло, так что придётся нам с ним отложить встречу. Пусть сначала он сам пройдёт от Грязьмута до Города Слёз.
— Вот как? Ну что же, полагаю, это будет разумно, а для него — полезно. Однако, у тебя ведь есть запасной план? Или ты будешь полагаться на случай?
— Есть у меня план, есть, — честно ответил я. — Если Призрак по какой-то причине не справится, я воспользуюсь помощью Хорнет.
И кучей потомков, что томятся в Бездне. Я не стал об этом говорить Шаману, и так настроение упало. А тут ещё и он, ложась обратно, выдал:
— Что же, любая жертва ради цели.
Мх. Не люблю это выражение. Его произносил, точнее продумывал Бледный Король. Принято считать, что оно означает, что Король был готов пойти на любые жертвы ради спасения Королевства, однако у него существовала ещё одна трактовка — Король сожалел о том, что ему придётся заплатить за спасение Халлоунеста высшей ценой, жизнями своих потомков. Как бы я не хотел верить во второй вариант, первый мне казался вернее: Хорнет Владыка отверг, а детей он скорее воспринимал как часть своего Королевства, детальку конструктора LEGO, а не что-то особенное. Всем Высшим Существам свойственен эгоизм, вон, Лучезарность Чуму распространяет, как будто желает править склепом.
— Нет, мой дорогой Шаман. Нет на свете ничего, за что можно было бы отдать любую жертву. Всё имеет свой разумный предел.
Улитка с интересом взглянул на меня.
— Даже спасение Халлоунеста?
— Даже спасение Халлоунеста. Если уж ему суждено сгинуть, то имеет смысл спасать не королевство, а тех, кто не связан своим разумом с Королём. Например, увести отсюда всех сохранивших разум подданных, моих детей, Рыцарей и улиток, и заложить где-нибудь в пустоши новое королевство. Саженцы и споры грибов взять с собой недолго. А Лучезарность пусть правит грудой камней да чумными трупами.
— Надо же, а ведь в нашу первую встречу ты думал только лишь о спасении Королевства… Ха-ах-ха-ха, вот теперь я вижу, что ты не Бледный Король! И это, ха-ха-ха, возможно, к лучшему! — Шаман внезапно поднялся, выудив посох из-под скамейки. — Пойдём, посмотрим на твоё существо. Став Уносимой улиткой, я теперь хочу всё видеть до того, как оно переступит порог моих покоев.
— Не спеши! У нас полно времени, Призраку ещё топать и топать до Перевала Короля. Но вообще-то, я думаю о том, что сначала мне нужно разыскать Хорнет. Призрак может встретиться с нею на границе Королевства, и я сильно боюсь по тому поводу, что кто-то из моих детей может не пережить эту встречу.
— Что же, если то, что я слышал о дочери Херры, правда, то твоему Призраку действительно стоит её опасаться.
— Знаешь, Шаман, про Хорнет ты многое слышал, а вот о Призраке не знаешь вообще ничего. Так что тут ещё вопрос, кому кого стоит опасаться!
Глава двадцать первая. Игла и гвоздь
Не став тащить с собой всю ватагу Рыцарей, я оставил Хегемола и Зэ’мер в Городе Слёз, а Изму и Огрима отослал на стражу Белой Леди. Этим двоим скучно друг с дружкой точно не будет, вот пусть и побудут вдвоём наедине! Так что со мной и Шаманом на Перевал Короля поехала одна лишь Дрийя, но с этой воительницей я чувствовал себя под надёжной защитой. Да и бояться нам было нечего, до Перепутья мы добрались на трамвае, а там никаких опасностей, кроме диких животных, встретиться нам было не должно.