Элис вспыхнула — задела гордость.
— Что, разбудить его хочешь? — сказала она, когда я пошла за Кистеном в коридор.
— Нет, — ответила я непринуждённо. Когда я вернулась, она уже потрошила стол, и я откашлялась: — Ключ от морга висит на кукле «Кусь-меня-Бетти».
— Да ты шутишь. — С сомнением покосившись на голую куклу, болтающуюся на гвозде в стене, она всё же сняла её двумя пальцами.
Я повезла Кистена спином вперед, плечом распахнув маятниковые двери, чтобы не толкать их его подножкой. Элис вошла следом и замедлилась, разглядывая две стены выдвижных ящиков — по четыре ряда в длину всего помещения. В конце стояли кресла и кофейный столик — для родственников, тревожно ждущих, когда их мёртвые восстанут. Морг предназначался для самовосстановления и для по-настоящему мёртвых: вампиры — по одну сторону, люди и прочие — по другую. Хотя меня заверяли, что в каждом ящике есть внутренний механизм открытия.
— Невостребованных обычно держат в конце, — сказала я, пробегая глазами имена на ящиках и морщась от трёх бывших «Джейн Доу-оборотней», теперь уже под своими настоящими именами. Странно было ощущать, что я была тут будто пару дней назад, хотя прошли два года.
— Никогда не видела комнаты ожидания в морге, — сказала Элис, скрестив руки на животе и задержавшись у дверей — присматривать за внешним холлом.
— Ключ? — спросила я. Она бросила его мне; голая пластиковая кукла глухо ударилась о мою ладонь. Оставив Кистена на месте, я начала искать. — Этот морг тут давным-давно, — тихо сказала я. — Есть причина, почему Цинци когда-то славился расхитителями могил, и это было не ради поставок трупов для северных школ. У нас численность Внутриземельцев всегда была высокой.
— Где печь? — спросила она, и я подняла взгляд на её напряжённое лицо.
— Вон там, — ответила я, и её взгляд последовал за моим — к тяжёлой металлической двери, почти скрытой в конце длинной комнаты. Предчувствие нехорошего усилилось, когда она дёрнула за ручку, и та глухо уперлась в замок. — Код 45202, — подсказала я и услышала её вздох, пока она набирала цифры. — Нашла Джонни, — добавила я, дойдя до последнего ящика.
Ритмичные бип-бип замка звучали громко, когда я отперла ящик Джонни и выдвинула его. Джонни был постарше: лоб в морщинах, у глаз — «гусиные лапки». Похоже, когда он утратил молодость, его мастер устал от него и решил перейти к следующему. Его иссушили досуха, а потом добили, обойдя условие, при котором он стал бы нежитью. Возможно, это было даже к лучшему: у него могло не оказаться той социальной опоры, чтобы удержаться в мире нежити.
— Прости, — сказала я, отметив про себя, что вампирские нравы — дрянь.
— Боже правый. Она очень старая. Ты уверена, что она ещё работает? — донеслось из комнаты с печью, и у меня свело челюсть.
— Да!
Она работает: никаких цифровых следов, никакой записи с камер. Спасибо, подумала я, разглядывая разорванную шею юноши и его безкровную бледность. Спасибо за помощь в спасении человека, которого я когда-то любила.
— Поможешь? — спросила я.
— Конечно, — не закрывая дверь, она вышла неторопливо. — М-м, — добавила, нахмурившись, когда взяла его карту покойного. — Доктор Офис была права. Его назначили на четырёхнедельное хранение, чтобы успели опознать, а потом утилизируют. У О.В. о нём ноль сведений. Похоже, он 2В. Высосан и выброшен.
Раздражение вспыхнуло.
— Можно хоть каплю сострадания? — сказала я, и её взгляд метнулся ко мне. — Да, его мастер обращался с ним как с куском мяса, но ведь кто-то его любил.
Элис помрачнела, явно раздражённая:
— Хочешь остановиться? Это была твоя идея.
— Нет, — ответила я сразу. — Он из потерянных. Но живые вампиры держатся вместе, несмотря на весь ад, который им достаётся, и я нутром знаю: Джонни согласился бы, хотя бы чтобы облегчить жизнь тем из своих, кто выжил. — Я сдержала желание пригладить морщину на лбу. — И это принесет пользу.
Элис промолчала.
— Значит… Джонни — в кресло, а Кистен — в ящик? Я привезу Кистена.
С тяжёлым сердцем я подтянула на Джонни простыню, пока Элис подкатила ближе Кистена. Я не знала, кого двигать первым, но Элис сразу взялась за плечи Джонни, дождалась, пока я возьму его за ноги, и вместе мы подняли его, вынули и мягко уложили на пол. Мне так жаль…
— Ремни снять? — предложила Элис, а я нащупала пряжку ремня на талии Кистена.
Я кладу Кистена в ящик морга…