- Почему ты так решил?
- Потому что… - начал говорить доктор, но запнулся.
Судорожно вздохнув, он продолжил:
- Потому что с его диагнозом отсутствие того, к чему он привык, может быть очень болезненным. Это хороший способ воздействия. А я подумал, что посетитель может ему что-то рассказать о тебе…
- Зачем ты сказал, что я никогда не приду к нему?
Доктор поднял глаза, в недоумении смотря на блондина. Он не мог понять, откуда парень знает про его слова, про его поступки и даже цитирует его. Он же не знал о том, что его жизнь продала попавшая в трудные жизненные обстоятельства миссис Рихтер, которая согласилась предоставить Блейду информацию и записи с сеансов психотерапии.
- Я… - открыл рот доктор, желая отовраться, но Блейд одёрнул его:
- Не ври мне. Я знаю о том, что ты сказал ему так. Советую признаться и объяснить мне причину такого поступка.
- Я хотел причинить ему боль, - тихо произнёс доктор, выдыхая.
Он закрыл лицо ладонями и согнулся, добавляя:
- Я вошёл во вкус, доводя его. Мне казалось, что я поступаю правильно, что он этого заслуживает. Господи, Блейд, прости меня…
- Я уже сказал, что твои извинения мне не нужны, - сухо ответил парень.
- Передай Майклу, что я сожалею о своих поступках…
- Сам передашь, - сухо перебил мужчину блондин. – Вернёмся к делу. Почему Майкла выписали, но вместо дома он попал в другую больницу?
- Это было моей идеей…
- Подробнее.
- Уже в октябре главврач начал возмущаться тем фактом, что Майкл так долго находится в больнице с невнятными диагнозами: то в одном отделении, то в другом… И психотерапевт, который лечил Майкла, тоже начал что-то подозревать… Я сначала хотел выписать его, потому что мне не нужны были проблемы с работой. Но потом опять пришёл этот полицейский… Чёрт, как же его звали?
- Потом вспомнишь. Не отходи от темы.
- Он сказал, что его ни в коем случае нельзя выписывать, потому что он больной, потому что… в таком случае всё, что он натворит, будет на моей совести.
- Что Майкл мог натворить? – прошипел Блейд, делая звучные паузы между словами, нависая над доктором Бонке грозной и смертоносной тучей. – Он в жизни никого не тронул!
- Но я этого не знал! – пискнул врач.
- Незнание не освобождает от ответственности. Знаешь такое выражение? – вскинул бровь блондин.
- Знаю…
- Хватит отступлений. Продолжай.
- Он сказал это. И намекнул на то, что у меня могут быть проблемы…
- Намекнул или пригрозил?
- Я не знаю, - вздохнул доктор. – Я боялся его. Кто не боится полиции? – мужчина взглянул на Блейда, но парень не ответил.
Вздохнув, Энгель продолжил:
- Я просто сделал то, о чём меня просили. Этот полицейский сказал, что он знает главврача Евангелической клиники, потому Майкла будет легко там закрыть. Мне оставалось всего ничего – оформить выписку, а, затем, передать Майкла в руки врачам этой клиники. Я сделал это.
- Как звали того врача?
- Ричард Кольбе, - вновь опуская глаза в пол, ответил доктор.
- И что было дальше?
- Ничего. Я больше ничего о Майкле не слышал.
- Приятно, наверное, было избавиться от такой «занозы» в своей заднице?
- Можно сказать и так, - втянув голову в плечи, пробурчал доктор. – Вместе с Майклом из моей жизни исчезла полиция. И я наконец-то смог выдохнуть и спокойно спать.
- А лицо Майкла, умоляющего тебя о том, чтобы ты его отпустил, тебе не являлось во снах?
Доктор непонимающе взглянул на блондина. Парень спокойно смотрел на него, смотрел в самую душу, ожидая ответа.
- Нет, не являлось… - неуверенно и тихо ответил мистер Бонке.
Блейд не ответил. Разогнувшись, он отошёл от кресла и скомандовал:
- Вставай, Энгель.
- З-зачем?
- Ты же сказал, что извинишься перед Майклом, - холодным тоном ответил Блейд. – Так, пошли, я устрою вам встречу.
- Может быть, не сейчас? – пискнул доктор.
- Сейчас, - сухо отрезал Блейд. – Вставай. Или тебе нужна какая-то особенная мотивация для того, чтобы оторвать свою задницу от кресла? Может быть, ты только полицию слушаешься? Извини, не знал. А знал бы, пришёл бы в полицейской форме, чтобы тебе привычнее повиноваться было.