Всё это было жизнью, но воспринималось Блейдом скорее как кино, шоу за стеклом, в котором он единственный зритель, а все эти люди – глупые актёры, которые даже не знают, что за роли они играют. Победитель остаётся один. Истина. Правда. Боль. Крест. Блондин беспристрастно наблюдал за этим «шоу за стеклом», лениво думая о том, как же все эти людишки на самом деле жалки в своей бесконечной суете и гонке за страстной мечтой. Никто из них не задумывается над тем, стоит ли его игра свеч? Многие даже не задумываются над тем, а хотят ли они то, что делают, на самом деле? И абсолютно все из них игнорируют одну простую истину – смерть ближе, чем кажется. В один прекрасный день/утро/вечер она может просто войти в их дом и скрипящим голосом столетней старухи сказать: «Пора». И всё. И ничего не попишешь. А жить они так и не начали…
«К чёрту», - поморщившись, подумал Блейд и отвернулся от окна. Мысли о других людях всегда очень быстро утомляли его.
- В чём дело?! – раздражённо спросил блондин, поняв, что они стоят на месте.
- Пробка, Блейд, - тоном вышколенного английского дворецкого ответил Винсент.
- Мило, - ответил блондин, складывая руки на груди и кривя губы.
Он только полчаса, как вернулся в родной город, а он его уже успел негостеприимно встретить и разочаровать. Пробка начала двигаться только через десять минут. А к месту назначения они попали только через сорок пять минут, вместо положенных пятнадцати.
- Блейд, тебя ждать? – опустив стекло, спросил Винсент, когда Блейд покинул машину, слишком сильно хлопнув при этом дверцей.
- Я не знаю, сколько я пробуду здесь, - ответил парень, даже не оборачиваясь на собеседника.
- Неважно. Я подожду. У тебя же разрядился телефон, и ты не сможешь позвонить.
- Доберусь на такси, не маленький уже.
- Блейд, мне кажется, тебе было бы лучше вначале отдохнуть, выспаться, а только потом…
- Я сам разберусь с тем, что мне делать, - чётко и звучно, почти по слогам ответил блондин, перебивая мужчину и одаряя его чёрным и невозможно тяжёлым взглядом. – Не лезь не в своё дело, Винсент.
- Извини, Блейд.
- Извинения я не принимаю, ты об этом знаешь, - резко остыв, сменив тон на привычно холодный и равнодушный, ответил парень, доставая сигарету. – Надо думать перед тем, как говорить или делать, а не пытаться потом извиняться.
Винсент отвёл взгляд, принимая поражение и демонстрируя, что он всё понял и что он кается. Мужчина сейчас корил себя за то, что изначально начал беседу неправильно, пытаясь влезть в душу блондина, поговорить с ним по-товарищески. Он, определённо, был не в духе, и любое неправильное слово могло стать причиной взрыва и страшного пожара. Пусть Винсент работал на Блейда не так давно, а последний раз видел его полгода назад, когда парень отослал его в Германию, но он успел прекрасно понять и уяснить одну простую истину – с Блейдом шутить нельзя. Нельзя его злить. Нельзя не слушаться. В противном случае ошибка или самая безобидная фраза может отлиться большой кровью.
Мужчина сам иногда удивлялся тому, что этого парня не просто слушались все, несмотря на его сложный характер – о нём даже за спиной не смели сказать дурного слова. Страх? Возможно. Благодарность? Вероятно. Уважение? Тоже вариант. Блейд вмещал в себе всё то, за что подчинённые могут любить своего начальника и относиться к нему фактически как к богу. К очень страшному богу.
Блейд обернулся и прищурился, вглядываясь в надпись на подъехавшей к его дому машине. Убедившись, что это приехали те люди, которых он ждал и с которыми связывался по телефону, парень обернулся на водителя, говоря ему: