– От двадцати до сорока, судя по показаниям, примерный рост тоже указан, – докладывал Христопулос. – Четверо из шести по описанию подходят под южный или арабский типаж. Еще один – южноамериканского или азиатского происхождения. Правда, в Швеции один был со светлыми волосами. Мы направили изображения энергетическим компаниям, но вряд ли они кого-то опознают. Ни в одном служебном расписании не значится таких адресов в конкретные дни.
– Это уже что-то. Значит, они действительно могут быть как-то причастны к этому.
– Мы уже прогоняем их по базам данных. Интерпол тоже подключился.
– Это всё?
– По этому делу, к сожалению, да. Еще поступило несколько сообщений МАГАТЭ из Вены. «Темелин» в Чехии сообщает о проблемах в системе охлаждения, но специалисты фиксируют нулевой уровень опасности по шкале. То же самое с финской «Олкилуото» и французской «Трикастен». Но из Франции поступают и тревожные вести, – продолжал Христопулос. – На станции «Сен-Лоран», похоже, серьезные проблемы с системой аварийного охлаждения.
Боллар почувствовал себя так, словно кто-то затянул ему ремень на шее. Электростанция «Сен-Лоран» располагалась в двадцати километрах от родительского дома.
– Ситуация пока не ясна. Речь идет о повышенном давлении и растущей температуре.
– Что по шкале?
– Еще не сообщали.
– Прошу прощения, – сказал Боллар.
Он поспешил в свой кабинет и включил компьютер. На новостных порталах не было никаких сообщений о возможных авариях. Может, пока скрывали от общественности? Франсуа взглянул на часы. Почти восемь. В это время родители обычно уже на ногах. Он набрал номер.
Тишина в трубке. Боллар нервно стукнул по рычагу и попробовал еще раз. Снова ничего.
Манцано сидел на диване в номере с ноутбуком на коленях. В дверь постучали.
Это был Боллар.
– Как, хорошо спали? – спросил он.
– И позавтракал не хуже, – ответил Пьеро.
– Пройдемся по магазинам, – предложил Боллар.
Манцано заметил в нем какую-то перемену. Он казался еще напряженнее. Впрочем, это было неудивительно.
– Магазины снова открылись?
– Для нас – да.
Боллар провел его по безлюдным улицам. По дороге показал кое-что из достопримечательностей.
Манцано спросил Боллара, как тот попал в Европол и в Гаагу.
– Обычная история, – ответил Франсуа. – Интересные задачи, карьерные перспективы.
Женщина средних лет встретила их у служебного входа. После того как Боллар что-то сказал ей и показал удостоверение, она их впустила.
Внутри было так темно, что Манцано с трудом мог что-либо разглядеть. Боллар взял с собой два мощных фонаря, один из которых протянул Пьеро. А другим посветил через громадный зал, выхватывая из темноты стеллажи, столы и вешалки с одеждой.
– Подберите себе что-нибудь.
– Чувствую себя взломщиком, – заметил Манцано.
– Вам это должно быть знакомо, – ответил Боллар.
Манцано не понял намека, но тон ему не понравился.
– В роли хакера, я имею в виду, – добавил француз.
У Пьеро не было желания вступать в дискуссии, но Боллар не отступал:
– Вы ведь так же вторгаетесь в чужие владения.
Тут уж Манцано счел своим долгом оправдать себя:
– Я не вторгался, а использовал изъяны в системе безопасности. И я ничего не крал и не уничтожал.
Чтобы закончить этот разговор, он отошел к стеллажу и посветил на рубашки.
– Если вы забудете запереть дверь, – не унимался Боллар, – вам понравится, когда в вашу квартиру зайдет посторонний человек?
– Вы собрались со мной спорить или работать? – спросил Манцано. Он взял свитер и приложил к торсу. – Этот должен подойти.
Криминалист пронаблюдал, как Боллар вместе с итальянцем покидает номер.
– Ну, пора за дело, – сказал он напарнику. – Я быстро.
Криминалист покинул пункт наблюдения и спустился на два этажа. У него был второй ключ, и проникнуть в номер удалось без труда. Ноутбук Манцано остался на письменном столе. Пароль они уже видели по камерам наблюдения. Криминалист подключил USB-устройство, ввел несколько команд, и на экране появилось окно загрузки. Спустя две минуты программа была установлена. Еще через три минуты он надежно запрятал ее и затер следы, так чтобы итальянец ничего не заподозрил. Затем выключил ноутбук и оставил все в изначальном виде. Отошел к двери, еще раз окинул номер взглядом и вышел, быстро и без лишнего шума.